Книга Таинственный писатель, страница 126 – Сулари Джентилл

На третий год после того, как в него стреляли, Гас Бентон смирился, что никогда не найдет сестру, хотя по-прежнему не мог поверить, что она виновна в убийствах. Он пришел к выводу, что Тео стала жертвой убийцы Дэна Мердока, Берта Уинслоу и Мэри Кауэлл. Он горевал по сестре. Скучал по ней. Одно время был одержим идеей отомстить за нее и вернуть ей доброе имя. Но убийства прекратились. Мендес считал, что один лишь этот факт доказывает, что убийцей была Теодосия Бентон, а Гас с Маком, как ни пытались, других подозреваемых не обнаружили.

Они все меньше говорили о случившемся и все реже вслух вспоминали Тео. Оба были уверены в ее невиновности и молча переживали общее горе. Гас, ее старший брат, и Мак, мужчина, поцеловавший ее вечером, когда все покатилось к чертям. Их преследовали одни и те же демоны вины и сожаления; на время голоса удавалось заглушить, но не победить полностью.

Когда Мак открыл «Жизнь после смерти», он уже не искал Теодосию Бентон.

Он начал читать эту книгу, перелетая из Нью-Йорка в Канзас-Сити, и не ожидал ничего, кроме описания дьяволопоклонничества и разврата. Подспудно он надеялся досадить матери особо смачными цитатами, запомнив их. Но вместо всего этого он обнаружил историю горя, одиночества и страха, написанную от лица мертвых. Сюжет был невероятным и очень знакомым, и Мак ощутил смутную тревогу. А потом он нащупал нить, которую невозможно было отбросить. «Что, если мертвые боятся жить, как мы боимся умирать?» Это были ее слова, процитированные с абсолютной точностью.

В Канзас-Сити он сел в машину и направился в Лоуренс, прямиком к дому Гаса на Теннесси-стрит, где тот снимал квартиру.

Припарковался возле дома и засомневался, стоит ли показывать книгу Гасу. Не жестоко ли это? Гас только оправился от пережитого. Мак покачал головой. Он все еще часто думал о Тео. Как все могло бы сложиться, если бы она не пропала? Но если для него Тео была приятной девушкой, волновавшей воображение, то Гасу она была сестрой, и он не имел права утаивать от него эту информацию. Возможно, она не приведет к Тео, но игнорировать эту ниточку нельзя.

Мак постучал в дверь, но никто не ответил. На улице было еще светло, и он решил подождать: сел на лестнице и снова открыл книгу. Этот сюжет придумала Тео. Он был на листках на кухонном столе, которые она соединила скотчем. Он видел эту схему, написанную ее рукой: стрелочки, звездочки, маленькие пиктограммы. В сюжете имелись вариации, но основная линия была та же. Даже фразы повторялись слово в слово. Он будто слышал, как она произносила их своим голосом.

Книга так увлекла его, что он не заметил, как пришел Гас.

— Мак? Я думал, ты в Нью-Йорке. – Гас ходил на пробежку с Пони. Он вручил Маку две коробки с пиццей и достал ключи. Теперь он жил намного дальше от пиццерии «Папа Кено», но все равно покупал пиццу только там и пробегал последний километр маршрута с коробками в руках.

— Только что прилетел. – Мак встал. – Есть минутка?

— Конечно. Заходи, поешь пиццу. Тут на двоих хватит. – Он взглянул на книгу в руках Мака. – Из-за этой книги твоя мама так завелась?

— Да. И я и хотел бы об этом поговорить.

— Хочешь открыть книжный клуб? – Гас толкнул дверь и отошел в сторону, пропуская Пони, который бросился в квартиру. – С литературой так все плохо?