Книга Где мы, там ад, страница 29 – Фрэнсис Кель

— И ты нашёл фотографию с Эдмундом, – продолжил Ребёнок.

— А это, случайно, не ты мне её подбросил?

— Нет.

— Не ври мне, Марло, – потребовал я.

— Я не вру, – тихо произнёс Ребёнок.

Прикрыв глаза, я вновь затянулся.

— Ты всегда был прекрасным лжецом, – сказал я скорее себе, чем ему, но Ребёнок меня услышал. Он слышал все мои мысли, как бы глубоко я их ни прятал.

— Ты говоришь прямо как дядя Ричард, – пробормотал Ребёнок.

Я поморщился. Мне было противно даже от упоминания о нём, но больше всего злило то, что Ребёнок прав.

— Ты веришь ему? – вдруг спросил мальчик.

— Кому?

— Этому Взрослому.

Он не называл имени, но я знал, что речь о Мефисе.

— Я не знаю.

— «Ты скажи, барашек мой…» – тонким голосом нараспев начал он.

— Не надо, Марло, – настойчиво попросил я.

Ребёнок встал и подошёл к окну. Для хорошенько так избитого он держался достаточно бодро. Отодвинув тяжёлую штору, он выглянул в окно. На улице было темно, ничего не разглядеть, кроме единственного уличного фонаря, освещавшего сквер перед домом. Остальные три не горели уже неделю, и никто не спешил их чинить.

— Я больше не хочу быть барашком, – признался он, не оборачиваясь.

— Ты никогда им не был.

— Разве? – Он всё-таки взглянул на меня.

Я приподнялся на локтях. Даже при плохом освещении я видел: на нём живого места нет. Он будто только что вылез из драки, в которой скорее получал, чем нападал.

— Я не хочу снова оказаться в подвале, – тихо сказал он.

— Ты больше никогда туда не попадёшь, – заверил я его. – Обещаю.

— Почему ты так уверен в этом?

Я затушил сигарету о блюдце, стоявшее рядом на полу, поднялся и подошёл к Ребёнку. Опустившись так, чтобы наши лица были на одном уровне, я положил руки ему на плечи и проговорил:

— Я убил дядю Ричарда и Эдмунда, помнишь? Они мертвы. Они тебя больше не тронут.

Каждый раз приходилось это повторять, ведь он будто никак не мог принять то, что видел собственными глазами.

«Они мертвы. Они тебя больше не тронут».

— Но полиция… – Ребёнок устало выдохнул. – Она нас найдёт и посадит в тюрьму. Это почти как подвал дяди Ричарда.

— В подвале было хуже. – Я крепче сжал его плечи. – Нас не найдут, Марло. Обещаю. Ты здесь в безопасности.

Ребёнок смотрел на меня, нахмурив брови. Он никому не верил. Даже самому себе.

— В крайнем случае мы попадём в психиатрическую больницу, – хмыкнул я, поднялся и, подойдя к окну, тоже выглянул на улицу. Всё так же горел только один фонарь.

— Почему?

— Потому что у меня проблемы с головой. Потому что я теряюсь во времени, – как скороговорку выпалил я и посмотрел на Ребёнка: – Потому что я вижу маленькую версию себя. Потому что я разговариваю с самим собой.

— Все люди говорят сами с собой, – отчеканил он, – но не видят в этом проблемы.

— Они говорят не так, как мы.

— Но это ведь не наша вина, что у них так не получается. – Ребёнок скрестил руки на груди.

— Ты прав, – криво усмехнулся я.

Тут в комнату тихо постучали. Два быстрых удара – сигнал, что пришёл Мефис. Убрав блюдце с пола, я подошёл и открыл дверь, но цепочку не снял.

— Я принёс вина, – держа в руках тёмно-зелёную бутылку, весело проговорил Мефис.

— Не хочу пить.

— Хорошо, – кивнул Мефис, убирая бутылку, – не будешь.

Я мешкал.

— Впустишь? Обещаю не вливать вино насильно тебе в рот. Только если сам не попросишь.