Книга Шпионское грузило, страница 47 – Лен Дейтон

— Представляю себе, как волнуется миссис Линднер, — сказала Фиона. Одновременно с взревевшим двигателем включился и стереопроигрыватель, из которого донеслось несколько тактов вальса Штрауса; водитель, выключив его, буквально вывернул шею, осторожно выезжая с места парковки.

— Миссис Линднер не существует, — сказал он и, не меняя положения головы, стал выруливать машину. — Я развелся пять лет назад. Да и в любом случае эта девушка не моя дочка, а племянница.

— Понятно.

Они спустились по пандусу и начали прокладывать себе путь среди машин и автобусов; машиной он управлял отнюдь не как человек, для которого лондонское движение было в новинку.

— Но в общем-то я не хотел говорить, что она моя племянница: копы сразу бы решили, что она моя подружка, удравшая от меня.

— Неужели?

— Еще бы! Копы иначе и не могут думать. И к тому же я канадец и нахожусь тут, не имея разрешения на работу. — Он закусил губу. — И не имею права привлекать внимание копов.

— Вы назвались вымышленным именем?

Обернувшись к ней, он восхищенно улыбнулся.

— Ага. Должен признаться, именно так я и поступил. Она кивнула.

— О Господи! Сейчас выяснится, что нарвался на даму-полицейского из департамента иммиграции. Вот уж воистину мое обычное собачье счастье.

— Вы так считаете?

— Ага. Как правило. — Пауза. — Нет, вы не коп. То есть, я хочу сказать, вы не собираетесь меня высылать, точно?

— Вы серьезно?

— Вы совершенно правы, я чертовски серьезен. Я работал в Сиднее, это в Австралии, и портье в гостинице выдал меня. И когда я вечером вернулся в свой номер, меня уже ждали двое громил из департамента иммиграции. Они перешерстили всю мою почту и даже подпороли подкладку у всех моих пиджаков. По отношению к австралийцам жутко грубая публика. Должен сказать вам, что хуже было только в Уругвае в старые времена. Вас могли там перетряхнуть с головы до ног.

— Похоже, что вы можете вести курс нелегальной иммиграции. — Она улыбнулась.

— А что, это было бы неплохо. Думаю, заставил бы вас улыбнуться даже на Великий пост. В общем-то мой кузен покупает и продает самолеты. От случая к случаю, когда у меня бывает время, я перегоняю ему один из них. А затем я не удержался от искушения сгонять тут на местной линии, чтобы немного подзаработать.

— Этим вы и занимаетесь в Лондоне?

— Самолетами? Нет, здесь я просто провожу время. Я научился летать в военной авиации и стараюсь не терять формы. А на самом деле я психиатр.

— Эта ваша племянница… она тоже представляет собой очередную выдумку? — спросила Фиона.

— Ну, у меня еще не совсем крыша поехала. Она дочь моего кузена Грега, и предполагалось, что я буду присматривать за ней в Лондоне. И чувствую, что мне придется позвонить в Виннипег и сообщить Грегу, что она соскочила с борта.

— Он разгневается?

— Конечно разозлится, но не удивится. Он-то знает, какие заскоки бывают у его красавицы малышки.

— А как вы…

— Грег служил со мной в авиации, и ему принадлежит солидный пакет акций в компании по торговле авиационной техникой.

— Понимаю.

— И потому что я психиатр, он решил, что я смогу наставить ее на путь истинный. Местные знахари всего лишь накачивали ее амитриптилином и прочей гадостью.

— Но вам так и не удалось наставить ее на путь истинный?

— Девчонки, которые… — Нелестная характеристика готова была сорваться с его губ, но он спохватился. — Вы в самом деле хотите знать? Вероятно, тут мы имеем дело с шизофренической реакцией на детские переживания, но чтобы поставить точный диагноз, скорее всего, потребуется специалист с большим, чем у меня, опытом.