Книга Я тебя отвоюю, страница 176 – Мария Акулова

— Вредители кругом… — потер, будто действительно получилось больно, хотя Стас-то знал — нифига. Так, больше для виду заехал. Силу в руке уже контролировал достаточно хорошо.

Артём понял, что ждать извинений смысла никакого, поэтому бросил тереть затылок, снова потянулся, без приглашения зашел в кухню, включил свет. — Ну что, чай будем пить, трезвенник-язвенник? Или по котлетам сразу, а потом в Дотку рубанемся? Экскурсия в пубертат, так сказать… Только тогда Рево гоняли, по-моему.

Стас хмыкнул, кивнул. Поставил чайник, повернулся, прислонившись к столешнице, спокойно глядя на друга, который успел сесть за обеденный стол, вытянуть ноги, окинуть взглядом сестрину кухню, остановиться на Волошине…

— Суд отправил решение в ЗАГС, — переход получился довольно резким, из взгляда Артема пропали смешинки, из тона — легкость. И то же самое случилось со Стасом. Сначала он нахмурился, потянулся к лицу, провел по бровям. Потом протяжно выдохнул, кивнул.

— Спасибо, — посмотрел на друга, произнес с нескрываемым облегчением.

Артем же не ответил — просто пожал плечами. Его заслуга во всем, что случилось в последнее время, была минимальной. А если сравнивать с Дашкиным подвигом, так и вовсе стыдно принимать благодарность.

— Считай, ты теперь совсем свободный человек, — попытался вновь вернуть тону и взгляду легкомысленность, но вряд ли получилось идеально, потому что Стас хоть и хмыкнул, но прыгать до потолка не спешил. — Алименты будем жать? — Артем продолжал сидеть в расслабленной позе, но это было обманчиво. И во взгляде снова ни намека на смешинки. Просто смотрит. Просто ждет.

Стас же мотает головой…

— Почему? Она заслужила.

— Пусть подавится бабками. Я знаю, что он-на н-несла в б-больнице…

Первое предложение произнес спокойно, а на втором снова чуть запнулся. Но даже это радовало — всех причем, и Артема тоже.

— Откуда знаешь?

— С-санитарка причитала одна, к-когда… В первые дни. Т-точно не помню…

Артем кивнул, замолк на несколько мгновений. Почему-то захотелось еще и санитарку эту найти, чтобы по голове настучать, потому что… Не будь у Стаса Даши, узнай он о том, что несла его жена, будь она до тех пор любимой — не захотел бы бороться.

— Ну квартиру-то хоть не будешь ей оставлять?

— Нет. П-поделим. Как договаривались. Х-хочу деньги в-вернуть. Родителям и Даше.

— Да не нужны им твои деньги, дурак ты. Но слава богу, что не оказываешься от квартиры. А то я уж подумал, что тебя снова благородством по башке пришибло, — Артем не улыбнулся даже — скорее оскалился, и сказал с откровенным сарказмом, но Стас не обиделся — улыбнулся в ответ так же, подошел к столу, сел, потянул к себе лист и ручку, начал писать.

«Я не знал, что она настолько гнилой человек, Тём».

— Никто не знал.

«Но я с ней жил».

— И не видел. Так бывает. Но она конченая, Стас. Совсем конченая. Я долго думал. Думал, может… Может это мы загоняемся? Но одного объяснить себе так и не смог — эта сука же специально справку принесла в суд. Не тебе при личной встрече намекнула. Нет. Принесла в суд, когда поняла, что перегнула. Когда развод стал ну совсем нежелательным. Когда ты заговорил-таки об имуществе. Специально сделала это, когда ты не ждал. Специально, чтобы ты ох*ел.

— И я ох-х*уел, — Стас хмыкнул. Будь здесь Даша — ни в жизни не позволил бы себе вот так шутить, а с Артемом можно было. Обо всем. Всегда.