Книга Незнакомцы, страница 4 – Мария Акулова

Я не вылетаю навстречу, а дожидаюсь, пока Марк — мой водитель — выйдет из машины. Обойдя, он сам открывает мою дверь и подает руку.

Я иду навстречу Кате, делая вид, что он за мной не следует.

Постоянное присутствие где-то поблизости вооруженного человека — реальность, к которой я привыкла с детства. Иногда, если вокруг Яровея сгущаются тучи, охраны становится больше.

Помню, были особенно напряженные месяцы, когда мне в принципе запрещено было выходить из особняка. Трижды отчим отправлял нас с мамой на месяц-два заграницу.

Маму в те поездки я тоже помню отлично. Для меня это было приключение. Мне было кайфово. А у нее губы то белые, то искусанные. Глаза часто красные.

Наши возвращения я помню особенно красочно. Как мама бежала навстречу, висла на шее. Как плакала. А грубый Олег ей на ухо шептал:

— Всё уже хорошо, мась. Всё хорошо, иначе я бы тебя не вернул.

Ну… И меня тоже.

Стряхиваю головой и обнимаю успевшую поостыть Катюшу.

— Идем внутрь.

Мы входим в здание за руку. Охранник-Марк и тут следует за нами.

Нет смысла предлагать ему пить, есть, танцевать или сидеть с нами за столиком. Я поняла это ещё шесть охранников назад. У него смена.

И о его присутствии даже можно забыть.

Мы поднимаемся на второй ярус и плюхаемся на свой диванчик. Я оглядываю помещение и остаюсь не то, чтобы в восторге, но приятно удивленной.

Это место «запустил» родной брат Кати. Уверена, он сегодня к нам подойдет. И я от души похвалю.

А пока здороваюсь с остальными девочками.

Катя, положив свою холодную руку мне на колено, подается ближе и на ухо довольно громко сообщает:

— Эдик тоже здесь. — Кивает подбородком в сторону, и я тут же туда смотрю. Блин.

Эдуард — это моя личная липучка. Ему двадцать семь. Он занимается какой-то чушью, называя это деловитым «крипта».

Из общего: мы с ним вдвоем играем в падел-теннис. К сожалению, так получается, что наше время почти всегда совпадает. Случайно или намеренно — не знаю. Знаю, что шансов пробиться к моему сердцу сквозь все степени безопасности Яровея у него нет. Хотя дело тут даже не в безопасности.

Парень ловит мой взгляд и салютует бокалом пива через решетку балкона, расположенного напротив нашего.

Я дергаю уголки губ вверх и отворачиваюсь.

Иди нахрен.

Нам приносят коктейли. Взяв бокалы за ножки — чокаемся и пьем.

Я делаю сразу несколько глотков, чтобы облегчить голову от мыслей, и невпопад вспоминаю периоды, когда и просто взять бокал со стола я не могла. Сначала его обнюхать и попробовать должен был охранник. Сейчас не так.

Мы с мамой в безопасности.

Заказанный Катюней коктейль оказывается очень вкусным. Я хвалю его и подруга гордо расправляет грудь. Скольжу взглядом по людям на первом ярусе и нахожу Артура — ее старшего брата. Он смотрит в ответ — улыбаемся друг другу.

Он хороший. И нравится мне. Но… Как будто недостаточно.

* * *

Девочки, перекрикивая музыку, обсуждают планы на лето, а я быстро понимаю, что сидеть наверху не хочу.

Ловко поднявшись с диванчика, тяну вниз по бедрам ткань платья-футляра и служащую вторым слоем сетку, усыпанную кристаллами.

Я купила это платье спонтанно на Лазурке за необоснованно большие деньги. Хранила для особенного случая, а надела сегодня. В нем я выгляжу взрослой, сексуальной, дерзкой. Так и не скажешь, что весь мой «взрослый» опыт сводится к редким свиданиям со скучными, зато согласованными начбезом отчима, парнями.