Книга Незнакомцы, страница 1 – Мария Акулова

Руслан

— Через неё уничтожим Яровея.

По столешнице мне навстречу едет фотография.

Я переворачиваю её, беру в руку и без особенных эмоций изучаю красивую молодую девку.

Ей лет двадцать. Возможно, с хвостиком.

Под приглушенным светом в кабинете, окна в котором плотно закрыты роллетами, понять, блонд натуральный или нет, невозможно.

Но мне и похуй так-то.

Завербовать — это не замуж взять.

Глаза тоже красивые. Светло-зеленые. Смеющиеся. Даже если макияж был бы агрессивней и возраст определить сложнее, по ним я разобрался бы.

Такие только у молодых. Счастливых. Не битых.

Жителей белого мира.

Я таким завидую.

А ещё вижу сходство с одноклассницей, в которую был влюблен. Её давно уже нет: в двадцать убил какой-то сумасшедший придурок. А эта красивая. Красивая-красивая. И живая, что в нашем мире — уже пиздец удача.

— Долго пялишься, Рус.

Вспыльчивый и резкий Расул выдергивает из моих пальцев фотографию. Я гашу яркую вспышку злости, бросая на парня короткий взгляд.

Мы с ним — два жителя серой реальности, только общности я с ним почти не чувствую. Таких вокруг — куча. И фишка в том, что другие люди о нашей двойственности не подозревают.

У нас не было родителей, способных обеспечить чистоту и безупречность. В ком-то вера в добро и не жила никогда, в ком-то издохла. Во мне — сдыхала в муках. Только муки почему-то были не добра, а мои.

Черноволосый Расул цокает языком и изучает фотографию откровенно похотливым взглядом.

— Сладкая сучка. Это кто?

По глазам видно, что загорелся. А я продолжаю держать внутри еле-еле ощутимое отвращение. Хули ты такой борзый, друг?

У тебя первое задание. Ты бы лучше думал, как не спалиться, а не на девок слюни пускал.

Перевожу взгляд на Вяза. В обычной жизни он Андрей Дмитриевич Вяземский, отец двух дочерей-мажорок и заебанный претензиями новой молодой жены сотрудник правоохранительной системы.

Только даже они не подозревают, с кем на самом деле живут. Чем их муж и отец занимается. И насколько это опасно. Думают, штаны просиживает и бумажки перекладывает. На брендовые шмотки жлобится.

А мы работаем уже десять лет.

Он — начальник департамент стратегический операций. Я — негласный серый житель серых зон.

У меня есть корочка безопасника. Я как бы служу на благо обществу и государству. Только кому, как не мне, знать, насколько тонка грань между безопасником и преступником.

Я сам — и то, и то.

Когда-то в семнадцать я по дурости попал в беду. Мне светил настоящий срок и перечеркнутая жизнь, но руку протянул неожиданный человек.

Тогда мне казалось, это удача и спасение. Безвозмездное добро.

Теперь я знаю: добра в мире нет. Есть польза. Я — измазанный в зло полезный для системы человек. Меня можно пользовать. Потом когда-то выплюнуть. Я позволяю.

— Это падчерица Яровея.

Вяз поясняет, смотря мне в глаза.

Киваю.

Расул возвращается глазами к фото девицы и всё очевидней расплывается в улыбке.

Мы сейчас работаем над одним проектом. Впереди у нас очень амбициозная и, возможно, смертельная даже задача. Олег Яровей — человек, который курирует контрабанду огромного количества всякого говна. И пришло время его хлопнуть.

Если раньше, конечно, он не хлопнет нас.

— Так а че делаем с ней, шеф?

Расул спрашивает, не скрывая нетерпения. Он уже готов. А еще, сука, он садист.