Книга Незнакомцы, страница 14 – Мария Акулова

— Рус, ты кальян будешь? Какой?

— Нет, спасибо, — мотаю головой и обвожу взглядом террасу, на которой устроилась наша дохуя мажорная компания.

Вокруг — пацаны. Им всем около тридцатки. Кому больше, кому меньше. В принципе, можно сказать, что мы ровесники, но я не чувствую себя одногодкой. Внутренне я скорее старая битая собака. Или волк. Трепанный волк. А они — породистые, тупые и до пизды дорогие молодые кобели.

Мне всё в таких чуждо.

Повадки. Манеры. Громкий грустный рэпчик. Подкрученная на максимум громкость. Ширина штанов. Модно-дебильные стрижки. То, что с ног до головы в Баленсиаге.

Но больше всего: псевдосерьезные разговоры людей, которые просто не знают, что такое настоящие проблемы, ведь за каждого из них в случае чего порешает батя.

У меня и бати не было, и зависти к ним нет. Бабки на Баленсиагу есть, только я её не хочу. И мажоров видеть тоже.

Приходится.

Мы собрались в одном из загородных комплексов с ограниченным входом. Вообще здесь играют в гольф и теннис, но вряд ли Артур предложил это место друганам из-за спорта. Кроме прочего, здесь есть недурное СПА и ресторан, в котором мы сидим. Официанты, наученные что с такими, как мы, надо уже не с уважением, а натурально раболепствовать.

Кальян. Бухло. Травка по карманам.

Девок элитных можно вызвать.

Может и вызовут, я не в курсе. Не уточнял планы.

Телефон на столе жужжит. Бросаю на заднюю крышку взгляд и задерживаюсь. Он перевернут экраном вниз, сообщение никто не увидит. А пальцы за ним тут же не тянутся.

Я знаю, что с вероятностью девяносто девять и девять это ещё одна мажорка.

Лолита Александровна. Мое рисковое хобби.

Я поехал в клуб на открытие, зная, что она там будет. Присмотреться хотел. Изучить.

Присмотрелся.

Я даже не могу сказать, что испытал разочарование из-за того, что она вела себя типично. Дорогое шлюшье платье. Красивая такая, что пиздец. Аж челюсть сводит. Даже у меня.

Язык острый. Ноги длинные-длинные. Раскрепощенная. Пахнет вкусно. Даже алкоголь её запах не портит.

У многих на нее всё сводит и стоит, но трогать её никому нельзя.

Это правило, которое чуть ли не на высоком светлом лбу написано.

Даже за этим столом ей каждый полторашный вдул бы, но шанс есть только у Артура.

Правда выше — у меня.

Всё, на что я надеюсь, это что она хотя бы не балуется наркотой, как многие. А так… Заводится быстро. Реагирует. Меня, если честно, совсем не разозлило ее «пошел нахуй». Такое сто лет уже не задевает. Мне не пятнадцать, чтобы на мажорку быковать. Тем более, вся бравада осыпалась от одного прикосновения.

Я видел, как вздрогнула. Мурашки пошли. Разозлилась на меня. И это уже хорошо.

Хуже было бы вообще без реакции. Или лучше наоборот. Для нее. А для меня… Лучше, наверное, в этом ключе не думать.

Злиться на нее я не могу. Ненавидеть не за что. Вполне допускаю, что она даже не знает, чем занимается Яровей. Ей это тупо может быть не интересно. Живет себе птичка свою золотую жизнь. Из клетки вон выпускают. С охраной, но всё равно приятно.

Пляшет. Смеется. Отшивает кого-то. Кому-то шанс дает…

Телефон снова жужжит. Может не стоило бы, но я беру в руки и, перевернув, читаю с экрана.

Не контролирую свое лицо до конца. Усмехаюсь.

«Извини, что послала нахуй»

«Я просто растерялась»

Мы пишемся уже несколько дней, но извиниться принцесса захотела только сейчас. Ну что ж… Спасибо.