Книга Незнакомцы, страница 122 – Мария Акулова

В полумраке, разбавленном проблесками ярких прожекторов, вижу человека, который исчез из моей жизни навсегда.

Оцепенение не дает себя ущипнуть, но я уверена, что он не мерещится.

В нем не изменилось ничего. А во мне — всё с ног на голову.

Я снова танцую. Он снова Незнакомец, который смотрит на меня, не скрываясь. Я делаю то же самое в ответ.

Выточенные из камня черты по-прежнему кажется грубоватыми, но привлекательными. Густые, слегка сведенные, брови выдают его напряжение. Подбородок и щеки покрыты короткой щетиной. Я скольжу по губам, носу, успеваю проехаться по мощным плечам, «задеть» выступающий кадык, изучить лежащие на перилах руки. Tiwaz на месте. А ещё, я уверена, он так ничего и не набил себе, чтобы вспоминать обо мне.

Ему не надо. А мне…

Сделав вдох, сбрасываю оцепенение. Поднимаюсь к ярко-голубым глазам. Моя злость с шипением испаряется.

Поднимаю руки и делаю несколько движений бедрами.

Рука с татуировкой тоже поднимается в воздухе. Он покачивает ею и я, после короткой паузы, повторяю "запрос".

Всё так же, как было впервые. Две ночи смешиваются, только сейчас без улыбок. Без флирта. Без шелухи и безнадежной веры.

Перебираю пальцами ткань платья, оголяя бедра. Он следит. Никто другой не заметил бы, а я захлебываюсь жадностью, с которой делает это.

Да. Да. Да.

В голове туманится сильнее, чем от алкоголя. Ноги ватные, а сердце бьется за ребрами ополоумевшей птицей.

Я знаю, что нужно делать. И что делать этого нельзя. Примерной дочери. Хорошей девушке. Прилежной студентке. Человеку, который печется о своем будущем.

Но сейчас я сбрасываю с себя все ипостаси, которые с каждым днем все сложнее принимать.

Я мразь, которая хочет с ним хотя бы ещё один последний раз.

Поднявшись на наш балкон, сажусь рядом с Катей. Беру её руки в свои, привлекая внимание. В горле сухо и говорить сложно, но мне очень важно:

— Катюш, пожалуйста… — Она смотрит встревожено, сводит брови на переносице.

— Поедем домой? Давай, Лолик. Я тоже уже заебалась.

Подруга пытается встать, но я прижимаю тонкое колено обратно к диванчику. Может быть вот сейчас совершаю огромную глупость, но похуй.

Слышу за спиной приветственный гул. Кое-кто встает и идет к лестнице. Я оглядываюсь — по ней поднялся Руслан. Его рады видеть. С ним здороваются. Он даже приобнять себя позволяет. А у меня дрожь из-за нетерпения.

Он не мог бы появиться и не подняться. Здесь же и его теперь уже друзья…

Передо мной не надо просить прощения за то, что пропал. Что вот такой. Что бросил после того, как бросила я.

Заставляю себя оторваться от бывшего любовника и вернуться к Кате. В ее взгляде тревога и непонимание множатся на сто. А дальше — догадки. Догадки, которые я легкомысленно подтвержу.

Подаюсь вперед и прошу тихо:

— Подстрахуй меня, пожалуйста.

— В чем?

Молчу. Она смотрит за мое плечо. Я чувствую его взгляд затылком и лопатками. Подруга возвращается ко мне. В ней понимание мешается с шоком.

А во мне совсем пропал стыд. Я прошу прикрыть меня сестру парня.

Катя смаргивает, несколько секунд блуждает взглядом по пространству, потом фокусируется на мне:

— Всё это время… Это же был он? Не Эд? Это был он? Тебе поэтому так сложно с Артуром?

Она спрашивает не зло, а пораженно. А я устала ей врать. Я от всего устала.