Онлайн книга «Иду на свет»
|
Не понимала, что Данила обязательно спросит? Понимала, конечно. Но очень не хотела повторно поднимать тему. Видеть в его взгляде злость, страх, неуверенность в ней. Отчитываться, как делают школьницы. Клясться, обещать, доказывать. У неё сил на всё это нет. Неужели непонятно? — Предложил работу. Немного продышавшись, Санта ответила вроде бы спокойно. Взяла себя в руки, скатала чулки, расстегнула бюстгальтер. В зеркало больше не смотрела, повернулась к одному из ящиков, чтобы достать пижаму. Боковым зрением уловила, что Данила появляется в дверном проеме между спальней и гардеробной. Смотрит на неё… Ждет, тоже застыв с недорасстегнутой манжетой рубашки. Продолжения, конечно же. А Санте снова не хочется ничего говорить. — Ты серьезно? — Данила уточняет по прошествии какого-то времени. Санта успевает нырнуть в майку и высвободить из-под ткани намертво залакированные волосы. Поворачивается к нему, смотрит немного с вызовом, приподняв бровь. Спрашивает: — Думаешь, мне нельзя серьезно работу предложить? И знает же, знает, черт возьми, что он имел в виду совсем не это, но зачем-то нарывается на скандал. Дура, наверное… — Первую серьезную работу тебе предложил я. Поэтому не передергивай. В ответ получает закономерную просьбу-приказ. Хмыкает, плечами пожимает. Нет — так нет. Шорты комкает в кулаке, направляясь на него. Думает о том, что сейчас душ примет — её отпустит. Всё хорошо будет. Лягут спать, а завтра выходные… Санта не ожидала, но мужская рука преграждает путь. Она немного смотрит на пальцы, которые держатся за косяк. Потом вверх и влево — на Данилу. Он хмурится. Между бровей — складка. — Сант… Обращается, будто устал. И ей тут же снова стыдно. И хочется достать из себя обычный непередаваемый, щенячий даже, восторг со времен начала их отношений. Но он будто спрятался, а она найти не может… — Он правда предложил работу. Плёл о том, что может поговорить обо мне с Игнатом или Макаром. Оставил визитку. Предлагал позвонить… Но я не дура, Дань. Я всё понимаю… Последние предложения были произнесены с сожалением, Данила на них сильнее нахмурился. Снова потянулся к ее лицу своим, щеки коснулся губами. Оторвался, но не отпрянул… — Это игра, Сант… Это всё игра… Произнес, вызывая у девушки снова улыбку — снова горькую. — И это я тоже понимаю. — Не подпускай его к себе. Данин взгляд жег кожу. Слова проникали под неё. Санта снова замерла, смотря уже в спальню. Понимала суть его просьбы. Откуда возникла и почему закономерна. Понимала, а хотела бы, чтобы просьбы не было. Она же не маленькая… — На пары не являться. Из Веритас уйти. По барам не ходить. К себе не подпускать. Что ещё не делать? Дышать по графику или свободно? Санта озвучила тихо, тоже повернув голову. Практически в мужские губы. Которые не тянутся к её рту, а отдаляются. Данила смотрит недолго, ничего не говоря… А Санта красноречиво опускает взгляд на руку. Много ограничений. Сплошняком облаченные в просьбы приказы. А ей ведь свобода нужна не затем, чтобы тут же броситься блядовать, как сделала Рита. Это тоже о доверии и готовности положиться. Она не виновата, что когда-то Даниле не повезло. И она не хочет отгребать за Риту. — Что ты делаешь, малыш? Данин вопрос выглядит внезапным. Так же звучит. Он слишком попадает в цель. И слишком ласково произнесен. |