Онлайн книга «Иду на свет»
|
Она не стала бы врать, что думала об этом же. Вовсе нет. Но понять логику Риты тоже в жизни не смогла бы. — А ты с ним не виделся? — Нет. Мне надо было убедиться сначала. Нельзя ребенку в лицо смотреть и пытаться разобраться — твой или нет. Мне так кажется… Данила начал говорить убежденно. А окончание дало понять — он не был убежден ни в чем. В те чертовы три недели тонул в сомнениях, которые Санта не распознала. То тянула руку, то одергивала… — Мне тоже так кажется. Зато теперь может просто тянуть. Поводов одергивать нет. Безымянный палец привыкает к ободку. Перекрутившийся камень вжимается в мизинец. Это ощутимо больно, но хочется не избавиться от дискомфорта, а усилить, чтобы ещё лучше чувствовать. Санта осознает себя в новом статусе. Она теперь невеста. Причем мужчины своей мечты. — Я бы хотела свою фамилию оставить… Перевод темы, наверное, резковат. Для Данилы — определенно. Он ещё где-то там — думает о Рите и не случившемся сыне, но когда слышит, хмурится, снова смотрит вниз… По взгляду видно — разжевывать не надо, почему это для Санты важно — понимает. Но… — Подумай о моей, пожалуйста. Просит без нажима, но смысл ловит и Санта. Закрывает глаза, вздыхает. Правда думает… — Я должна в понедельник написать заявление? — задает вопрос, который раньше элементарно боялась произносить, хотя стоило бы. Потому что за шаг до реальной потери Данилы её абсолютно не волновал Веритас. Значит, Данила для неё в миллион раз важней. — Нет. Я готов подождать с росписью. Не пять лет, конечно. Но в пределах полугода-года решай сама, когда и что. Хочешь свадьбу — не вопрос. Не хочешь — ещё лучше… Шутка Данилы растягивает в улыбке и его губы, и Сантины. А ещё она снова чуточку краснеет… — Я пока не знаю… Признается, на новую секунду вжимаясь лбом в его плечо. Жмурится, позволяет замелькать перед глазами картинкам, которые она действительно не оживляла никогда. Всё это время не мечтала о предложении, а боялась его. А теперь оно случилось… И мир не рухнул. У неё в голове тут же жадные мысли о белом платье и красивых словах в цветочной арке. Да и Даня не перестал быть Даней. Он жесткий во многом, но куда чаще — гибкий. И за это Санта благодарна ему бесконечно. — Я подумаю и скажу… Санта обещает, тянется к губам, целует. Получает в ответ: — Подумай и скажи. Из Веритас тебе нужно будет уйти хотя бы на время. Попробуешь что-то ещё. Захочешь потом — вернешься. Это будет уже другая история. В другую практику, если захочешь. Захочешь — ко мне. Поверь, мне и самому сложно тебя отпускать. Знаешь, как хочу медали себе вешать каждый раз, когда ты размажешь очередного мудака в суде? Санта не знала, но услышав вопрос — затрепетала. Не ответила. Смотрела влюбленно. Благодарно. — Но я лучше отпущу тебя к другому хорошему юристу в подмогу, чем к другому хорошему мужику в жены. Понимаешь? Вместо слов Данила в ответ получил кивок. И поцелуй. Сначала обычное прижатие губ к губам. Потом девичьи чуть раскрылись, он понял намек. Кожу на спине Санты тут же щекочет холодный шелк простыни. Данила оказывается сверху. Смотрит в лицо, поглаживая её волосы от висков и вверх пальцами… Приближается. Целует щеки, губы, подбородок… — С трудоустройством я помогу. Не бойся. Что согласилась, не пожалеешь… |