Онлайн книга «Иду на свет»
|
Санта снова обратилась к Даниле, подкладывая руки под подбородок, устраиваясь на его груди, глядя вверх. Туда, где Данила сначала по инерции смотрит на свою уже пустую зависшую в воздухе ладонь. Потом сжимает её, опускает на простыню… Взгляд — на лицо Санты, усмехается. — Нет. Она позвонила около десяти. Сказала, что вы в хлам и вас можно забрать. Если не хочу — вы закажете такси… — Дурында… Санте снова стало неловко, она на секунду вжалась в руки лбом. Порозовела. Когда вскинула взгляд обратно на Даню — улыбалась… И он тоже. — Но ты захотел… Санта приподняла бровь, улыбка Данила стыла лукавой. — Не то, чтобы захотел. Разозлился. Это же такая дешевая манипуляция. Как всегда… А потом подумал: ну нахер. Мне же это тоже надо. Приехал. — Мы немного должники Али, получается… Санта сказала, пожав плечами. Данила смотрел, поглаживая её по спине. — Она немного отработала свои грехи, получается… Ответил, вызывая у Санты желание закатить глаза. А ещё потянуться к его губам, когда Данила делает намек — чуть наклоняется. Санта, конечно, не сопротивляется. Приподнимается, приближается. Прижимается губами к губам. Ловит полутона. Чувствует, что поцелуй становится серьезным. Таким же, как Данила. Знает, чем закончится. Поэтому первой отрывается. Хочет поймать момент. Позже не спросит, скорее всего. Лучше сейчас расставить все точки и успокоиться. — Ты правда думал, что я тебя брошу? Санта спрашивает, смотря в Данины глаза. Видит, как в них загорается удивление, его меняет непонимание, вслед за которым вспышкой недовольство, но Чернов его душит. — Сант… Немного морщится, как бы прося: «не надо», но Санте кажется, что всё же лучше ответить. Она просит об этом глазами. Данила немного сопротивляется, потом вздыхает. — Да. Ты хорошо пострадала из-за того, что твоя мать выбрала мужчину с детьми и сложным первым браком. Мне казалось вполне закономерным, что ты по тем же граблям топтаться не захочешь. Данила произнес, пожав плечами. И пусть сейчас это звучало уже сухо и вроде как отстраненно, Санте всё равно стало обидно за него же. — Я никогда не думала, что мама ошиблась в выборе, Дань… Её ответ прозвучал тихо. Взгляд стал грустным. Данилу это не отпугнуло. Он спокойно молчал недолго. Потом кивнул, моргая. — Это я понимаю. Но и втягивать тебя в бесконечные разборки с Ритой и отношения с ребенком, которого я ведь даже не знаю, а должен как-то полюбить, мне было бы противно. Это сложно было, Сант. Мнебыло сложно. — Просто знай: я крепче, чем может казаться. И упрямей. Меня не смогла отвадить от тебя Примерова, неужели думаешь, что у какой-то Риты получилось бы? Вопрос Санты был задан вроде бы в шутку, но как всегда — с долей истины в основе. Она улыбнулась, Данила в ответ… Смотрел на неё, потом откинулся затылком на оббитое тканью изголовье кровати, отвел взгляд. Он продолжал быть рядом, а всё равно будто чуть отдалился. Чтобы избавиться от этого чувства, Санта подтянулась выше, сильней прижалась… — Я никогда не пойму, как можно такую дичь творить. Три недели потратил на то, чтобы понять: вот как, блять, можно десять лет ребенка скрывать? Вот чем надо думать? Как надо лелеять свою обиду? И на что можно было так обидеться? Это же люди всё… Дети — это же люди, Сант… Данила говорил, а Санте ни ответить было нечего, ни добавить. Только жаться ближе хотелось. Обнимать крепче. |