Книга Преданная, страница 8 – Мария Акулова

Лиза редко позволяет себе вот такие формулировки.

— Он хочет тебе добра, — произношу абсолютный шаблон. Про себя договаривая: «наверное». Лиза же хмыкает.

Еще секунд десять наслаждается приливом крови к мозгу, а потом поднимает голову и смотрит на меня.

— А я хочу, чтобы от меня отъебались. Не совпадаем.

На одном локте держится, а другую руку отводит и жмет плечом.

Я понимаю ее чувства. Согласна во многом. Но… Разве могу что-то сделать?

— Он много тебе дает.

Напоминаю, в ответ на что Лиза грустно улыбается.

Видимо, осознает истину, с которой я живу давно: в мире не так-то много идеальности. И ничего не бывает совсем уж бесплатным. Кто-то платит рваными жилами, кто-то просраной жизнью, кто-то — необходимостью следовать. Многие мечтают о жизни Лизы.

— А хотел бы, наверное, просто чтобы я чуть больше была похожей на тебя, — подруга подмигивает и снова падает.

Я не улавливаю злобы или зависти. Возможно, так и есть. Но это вряд ли. Лиза тоже не святая. Ее отец это знает. Использует те механизмы, которые с ней работают.

— Зря ты ляпаешь про Тарнавского, — произношу с укором, после чего слышу смех. Он тоже немного злит. Я ни черта не шучу. Не хочу, чтобы ходили слухи. А не слухи все равно не светят.

— Я не ляпаю, Березина, — на моей фамилии Лиза копируя манеру нашего преподавателя. У меня даже жар пробегается по позвоночнику. — Я просто не такая уж дура. Он тебя палит на парах. Спрашивает много, слушает внимательно. Поболтать любит. С тобой. Вот скажи мне: Веничка тупой?

— Нет, конечно, — фыркаю, следя, как Лиза вырисовывает узоры кистями в воздухе. По комнате разносится спокойная музыка, а сердце у меня все равно куда-то торопится.

— Вот и мне так кажется. Но он может двадцать минут с тобой обсуждать соотношение дисциплинарной и административной ответственности, а с Веничкой ему почему-то не интересно.

Лиза замолкает. Ее руки замирают в воздухе. Я тоже замираю.

Мне кажется, ее теория притянутой за уши. Очень. Но и спорить — это палить уже свое особое отношение.

— Так может ему интересен вопрос?

Лиза снова смеется. Глупая… Вот сейчас я готова согласиться с ее отцом. Только это от злости.

— Ему интересна одна конкретная студентка. Волосы — русые с медным отливом. Глаза — зеленые. Вес, — Лиза морщится и думает. — Где-то пятьдесят пять, наверное. Рост — средний. Юлей зовут. Идет на красный диплом и даже моего отца удовлетворяет своими результатами.

Закатываю глаза просто потому что а что еще ответить?

— Фантазерка.

В итоге встаю с кровати. Подхожу к окну и заглядываю за штору. Под ногами — светящиеся огнями мосты и высотки. Даже голова кружится.

Я бы тоже хотела жить в такой квартире. Через сколько лет смогу? И что для этого нужно будет?

Тебе бы уже работу найти, Юль. Думаю об этом и озноб по коже. Я пыталась несколько раз. Отрабатывала пару месяцев и сдавалась. Не тяну. Или не мое. Или не хочу. А что хочу — пока не знаю.

— Может и фантазерка, но он же и тебе нравится… — Лиза тянет задумчиво, так же задумчиво проезжаясь взглядом по мне. Чувствую себя пойманной на горячем. Как будто сделала что-то плохое. Становится жарко.

— Как профессионал, Лиза. Чувствуешь разницу? Он классный профессионал. Очень умный человек. Юрист хороший…

По взгляду Лизы ясно, что она пропускает мои шикарные аргументы мимо ушей. Я бы тоже пропускала. Понятно, что моя правда всего лишь полу.