Книга Невеста, страница 58 – Мария Акулова

— А хотелось бы быть?

Пожимаю плечами.

Сейчас мне хочется, чтобы внутри не болело.

— Он тебя не подозревает?

Веду головой из стороны в сторону, смотря чуть ниже мужского подбородка.

Это настолько ожидаемые и миллион раз обсужденные со Славой вопросы, что они не способны меня расшатать.

— Нет. Он совсем со мной расслабился.

— Это отлично, Юля. Просто отлично.

Продолжаю смотреть на подбородок, когда Смолин выравнивается, пружинит и встает со стула. Сердце чуть ускоряется.

Еще — когда осознаю, что идет ко мне, а не куда-то в сторону.

Поддевает подбородок, я запрокидываю голову.

Такая близость мне не нравится. А ему, видимо, да. Смотрит долго. О чем думает — не хочу знать.

Своим молчанием побуждает меня задать вопрос, который задавать нет смысла. Да и нельзя.

— Скажи честно. Что со мной будет, когда все закончится?

Мужские брови приподнимаются. Пальцы все так же держат подбородок.

— Не веришь, что помогу устроить жизнь?

— Не верю, потому что рано или поздно все узнают, что я крыса. Кому нужна крыса?

— А если мне?

Молчу. И он молчит.

Указательный палец проезжается по шее. Задерживается на ямке. Смолин одергивает руку и прячет в карман. Я несколько секунд смотрю на вздыбившуюся ширинку чуть ниже уровня глаз.

Он отступает.

— Отвезти тебя куда-то?

Мотаю головой.

Сердце колотится в горле. Смотрю на стол.

— Можешь не заморачиваться. Придет клининг — уберет. Если вкусно — приятного.

— Спасибо.

Произношу глухо. Только когда он поворачивается ко мне спиной — слежу за движениями. Мягкими и гибкими.

Смолин оглядывается от арки. Я не отвожу взгляд. Он просто все четче и четче дает мне понять, что они с Тарнавским выбирают не только одну доставку суши.

— Лиза не простила бы тебе связь с ее подругой.

Говорю лишнего. В ответ получаю улыбку. Смолин достает из кармана телефон. Смотрит сначала в него, потом на меня.

Ему кто-то звонит. Логично было бы оставить меня наедине со своими детскими замечаниями и уйти без ответа. Но он с улыбкой интересуется:

— Кому не похуй, Юль?

Прижимает мобильный к уху и уходит с точки, защелкнув замки снаружи.

Юля

«Привет, как дела?»

Стою в раздевалке одного из магазинов ТЦ в белье и слепо смотрю на самое элементарное из существующих сообщение.

Его отправитель — судья Тарнавский. И вроде бы не менее элементарно ответить: «Привет, все ок, а у тебя?», но я торможу и пялюсь.

Пялюсь-пялюсь-пялюсь.

Блокирую. Запрокидываю голову и выдыхаю в потолок.

Я тебя избегаю. Я тебе вру. Я потихоньку оживляю свой невъебенный план. Но пока мне не то, что не легче, а только хуже.

Беру себя в руки. Разблокирую и печатаю:

«Все супер. Гуляем с Владом. Ты же не передумал? Не подъедешь?»

Отправляю, не удалив ни слова, ни знака препинания. Убеждаю себя, что все делаю правильно.

Конечно, он не приедет. Зачем ему встречаться с Владом?

Правда он понятия не имеет, что мой брат не приехал и даже не собирался.

Я все придумала. Соврала. А потом воспользовалась его именем, чтобы отстраниться от судьи на время.

После встречи со Смолиным я впервые в жизни заночевала на точке. Долго мариновала Тарнавского ложью о том, что мой отчет еще не закончен. Потом коротко написала, что Смолин уехал, а я останусь здесь, поучусь.

Он был недоволен. Звонил. Спорил. Настаивал. Уговаривал. Я извернула так, будто никакой проблемы нет и он утрирует.