Книга Невеста, страница 55 – Мария Акулова

— На семь.

Меня снова позвали на точку.

У меня уже готова информация, которой должна буду поделиться. Все по плану. Все на мази.

Но Тарнавский почему-то на нервах.

Неужели что-то чувствует? Черт. Я же так стараюсь…

Сдергиваю с его плеч мантию и, развернувшись, подхожу с ней к своему шкафу. Вешаю. Задерживаюсь у него, медленно-медленно закрывая дверцу.

Глаза в глаза не хочу.

Контакта не хочу.

Играть не так просто, как я себя убеждала. Кроет.

Чувствую затылком взгляд. Дальше слышу шаги. Пару секунд еще верю, что это он к себе в кабинет. Потом понимаю — нет. Ко мне идет.

Состою из одного сплошного протеста. Замкнутая внутри искренняя Юля орет закладывая уши: «не-е-е-ет», а взявшая бразды правления мстительная я засыпает вспыхнувшее пламя песком.

Почувствовав руки на собственном теле, оглядываюсь и даже улыбаюсь.

Губы Тарнавского прижимаются к моей щеке. Пальцы сминают ткань блузки. Раньше я подумала бы, что он боится меня отпускать. Теперь, что он невероятно имитирует. Просто невероятно.

Слегка давит, я улавливаю импульс. Внутренняя Юля продолжает верещать. Я — игнорировать.

Разворачиваюсь.

Кладу руки на плечи. Подаюсь ртом к его рту.

Чувствую натиск губ. Жар тела. Меня до костей сжирает его энергетика. Стыдно, что я возомнила себя ее властительницей.

Чтобы не тонуть в лживой имитации чувств, я придумала для себя технику инициатив на опережение. Всё делать первой и создавать видимость абсолютного контроля уже с моей стороны.

Поэтому веду кончиком языка по мужским губам. Он отзывается. Сплетаемся. Толкается.

Я пускаю вроде как потому, что сама так решила.

Целуемся под мой внутренний отсчет от десяти до одного. Дойдя до единицы, отрываюсь и подаюсь назад.

Не нужно, но смотрю в глаза. Валюсь на самое дно. Блять. Смаргиваю.

Слава фиксирует мое лицо. Большие пальцы давят на виски. Приходится снова смотреть.

А еще улыбаться, сбивая его серьезность.

— Сейчас Марк ворвется и вопрос нежелательных знакомств снова придется открыть, — я делаю вид, что его отказ представлять меня публично перед теми, перед кем вроде как нет смысла скрываться, пережила. В реальности это ни черта не правда. Но он должен думать, что да.

Улыбаюсь. Он в ответ нет.

Что ты смотришь так внимательно? Что ты ищешь? Преданность? Я больше не хочу быть тебе преданной. Но да, я для тебя доиграю. Уничтожай своих врагов. В крошку. Пыль. Плюй на могилы. Только и от меня потом отъебись.

Чувствую, как Слава массирует кожу головы. Расслабляет меня. Усыпляет бдительность. Придает сил внутренней Юле. Я сейчас и его, и ее ненавижу. Мудак и слабачка.

Он тянется обратно к губам, я слегка уворачиваюсь. Задевает уголок.

Целует ниже.

Прижимается к шее, я, не выдерживая того, что потолок начинает крутиться, давлю в плечи и выдыхаю:

— Слав.

Возвращается к лицу.

Хватит меня настраивать. Я и без этого до черта мотивированная. Не растрачивай себя.

— Скажи, что долго сегодня не можешь. Я пригласил тебя к себе. Ты не могла отказаться.

Улыбаюсь дергано и нервно.

Почему-то язык не поворачивается тут же выдать послушное «хорошо», смотря в требовательные глаза.

— Я думаю долго он меня и не задержит. Вряд ли со мной так уж интересно проводить вечера…

Ответом мне служит кривоватая усмешка. Даже не знаю, провоцирую на новую ложь или занимаюсь публичным самоистязанием.