Книга Доигралась, страница 20 – Мария Акулова

Поэтому Алиса его к себе и звала – обожала смотреть на него в маленькой кухне, окруженного вниманием родительницы, такого покорного, учтивого, улыбчивого. А он злился. Потом приходилось отхватывать, но что поделаешь? Ради собственного удовольствия можно и потерпеть его гнев. Тем более, справляется он с ним быстро и очень даже приятно.

— Помнишь, ты обещала мне желание? – не выдержал он после очередного семейного вечера. С виду мягко придерживая за плечико, а на деле практически силой волоча, запихнул в комнату, закрыл дверь, смерил смеющуюся Лиску суровым взглядом, а потом долго ходил по комнате, все так же хмурясь и не произнося ни звука.

Алиса этим зрелищем наслаждалась. Гордилась – ее работа, своими ручками довела мужика до ручки.

Только не ожидала, что за ручкой находится опасность. Теперь уже для нее.

Артем остановился, повторил вопрос, уставился на нее.

— Помню, - чувствую, что он точно уготовил подход, ответила Алиса нехотя.

— Отлично. – А вот когда Артем улыбнулся, совсем поникла. Проблема в том, что он обожал ее бесить так же, как и она его. А у кого получалось лучше – не сказал бы никто. – Тогда переезжаешь ко мне.

— Что?! – Алиса вскочила с кровати, напрочь позабыв о веселье. – Совсем с ума сошел? Думаешь, буду тебе борщи гладить и носки варить?

— Я еще пожить хочу, так что свой глаженый борщ оставь себе. А мне не двадцать. И не двадцать пять. И даже не двадцать семь. Достало таскаться на свиданки.

— Так не таскайся.

— Не начинай. Хочешь, будут тебе свиданки. Но таскаться на них будем из моего дома. И я уж как-то тебя не до подъезда, а до кроватки провожать буду.

Ну что за человек? Вроде жить вместе предложил. Признался, что готов к большему, но и тут все опошлил.

— Иди ты, со своей кроваткой, Тёма…

Алиса развернулась, не желая, чтоб он видел бушующие на лице чувства. Это было неожиданно, страшно, приятно… и как-то не так.

Кажется, он это понял. Подошел, обнял, потом на руки взял, снова сам сел на кровати, а ее устроил на коленях, как тогда, в первую ночь, погладил по щеке. И не смотрит уже так зло и сосредоточено.

— Переезжай ко мне, Лисёныш, ну правда. Что мы как маленькие?

— Мне двадцать один, Тём. Я реально маленькая.

— Заодно и вырастешь.

Нет, определенно – убеждать – не его конек.

Тяжко вздохнув, Алиса провела по щеке любимого рукой… Ну что ж за жизнь-то такая? Она ведь давно мечтала жить отдельно от родителей. Хотела по-взрослому. С ним – это очень по-взрослому. А когда предложил - страшно стало. Какая-то она гипотетически храбрая получается.

— Мама обрадуется…

— Чему? – Артем заметил перемену в настроении Лисы, чуть расслабился.

— Что гладить борщи научусь… хоть так… Но знай, это только потому, что когда-то слово дала. Иначе даже не подумала бы.

Ну а в том, что она попытается таким образом «сохранить гордость», Артем даже не сомневался. Согласно кивнул. Пусть думает, что хочет. Важно, что своего он добился. Не придется больше школьником прыгать под подъездом и шепотом в ее комнате целоваться. А то так недалеко и совсем в детство впасть.

Мама была рада. Во всяком случае, при нем была рада, а потом Алисе уже наедине выписали нотацию о нравах современной молодежи, которая вместо того, чтоб в ЗАГС бежать, мается сожительством. Только мама с папой знали не хуже Артема – если Лиса сказала «да», значит все будет именно так.