Онлайн книга «Продажный ангел»
|
— Ваша честь. Мой добрый племянник не мог отвечать за свои действия — в том числе и за составление завещания — потому что… был психически не здоров. Тому есть подтверждение. После смерти матери, а затем после трагической гибели первой жены Станислав принимал антидепрессанты!.. Справку из диспансера я приложил к исковому заявлению. Профессионалы от психиатрии признали моего племянника больным. Иначе не назначили бы ему таблетки. Дядя — не скрывая торжества — уставил горящий взгляд в лицо Юлдуз. Девушка чуть не задохнулась от гнева и возмущения. — Вы… вы… Да как вы смеете?!. Сказать такое про Стаса!.. Я необразованная девчонка из аула. Но даже я знаю: депрессия — не равно умственная неполноценность. Мой милый пил таблетки, чтобы ему не было грустно!.. Его мозг работал нормально. Лучше, чем у какого-нибудь профессора!.. От обиды Юлдуз взвыла раненной волчицей. — Обвиняемая!.. — взревела «жаба» в мантии. — Держите себя в руках. Вы проявляете неуважение к суду. Говорите только с моего разрешения. Но Юлдуз уже и не могла произнести ни слова. Она судорожно глотала воздух. Судья удовлетворенно хмыкнула и отложила молоток. — Вот и славненько, госпожа Аманбаева. Так что вы скажете суду в свое оправдание?.. Юлдуз молчала. В висках у нее громыхала кровь. — Вам нечего сказать?.. — прищурившись, с ехидством поинтересовалась судья. Но девушка уже собралась с силами. Она поняла: надо себя спасать. «Меня топят. Но я не хочу, чтобы мой ребенок, ребенок моего Стасика родился в тюрьме». — Ваша честь… — Ну?.. «Жаба» как бы ободряюще кивнула — ожидая, наверное, услышать жалобный неразборчивый лепет. Но Юлдуз заговорила — на удивление — ровно, спокойно и почти без акцента. — Ваша честь. Я заявляю со всей ответственностью: я никогда не имела злых умыслов ни против моего покойного мужа, ни против его дяди. Станислав написал на меня завещание — это верно. Но сделал он это по своей воле. Без всяких просьб с моей стороны. И я клянусь вам: он не был при этом не в себе. Когда-то мой муж принимал антидепрессанты. Но что с того?.. Страдать от депрессии и глотать таблетки — не значит пускать пузыри и не понимать, что и зачем ты делаешь… Юлдуз прервалась на секунду. Сердце ее бешено стучало. Дядя шевельнулся было. Разинул рот. Но девушка решительно продолжила: — Далее, госпожа судья. Я отметаю все обвинения в том, что я как-то вредила Станиславу. Более того: прямо заявляю, что такие обвинения — подлая и гнусная клевета. Я любила мужа. Муж любил меня. А умер Станислав от редкой инфекционной болезни. Вы можете затребовать справку из клиники… Занималась ли я проституцией?.. Да, занималась. Но не потому, что получала от этого удовольствие. Не потому, что хотела разрушать семьи или заражать мужчин венерическими заболеваниями — которых у меня нет… Юлдуз вздохнула, поправляя локон. — Впервые я решилась себя продать, когда еще не была замужней. Меня выгнали с работы — а новую я не нашла. Мама нуждалась в деньгах на содержание моей маленькой сестренки. Мне и самой надо было что-то есть. Платить за койко-место… Что оставалось делать?.. Я стала ложиться под мужчин и брать с них деньги за секс… Станислав был одним из клиентов… — Что ты сказала?.. — встрепенулся дядюшка. — Ах ты, сучка!.. — Станислав был одним из клиентов, — не переменившись в лице, повторила Юлдуз. — Мы понравились друг другу. Стас позвал меня замуж… Став супругами, мы жили душа в душу. А потом… потом мой муж заболел. Для лечения требовались дорогие европейские препараты… |