Книга Продажный ангел, страница 1 – Степан Сказин

Юлдуз уволили.

Ее просто выкинули за стеклянные двери гипермаркета, как нашкодившего котенка.

Дело давно к этому шло.

Хрупкая, будто лилия, Юлдуз совсем не была расторопной и ловкой. Тоненькая юная смугляночка с трудом выстаивала тринадцатичасовую смену. Случалось не раз: ошибалась, расставляя товары по полкам.

Помимо прочего — от работницы торгового зала требуется покорно гнуться перед начальством. Молча и не морщась проглатывать унижения. На языке менеджеров это называется «стрессоустойчивость».

Тут Юлдуз явно не дотягивала до корпоративных стандартов.

Плакала от каждого несправедливого замечания и язвительного упрека. Так что другие девочки забывали про работу и гурьбой бросались утешать Юлдуз.

Можно представить, как по-тигриному свирепела от этого госпожа-администратор!..

Администрация копила свой гнев на Юлдуз — раздуваясь потихоньку, как рыба-фугу — пока неосторожная тюркская девушка не разбила фарфорового кабана в отделе сувениров.

Это стало последней каплей!..

Задыхающаяся от ярости начальница Ирина матерно обругала Юлдуз перед продавщицами и покупателями.

— Ах ты… шалава!.. Псина!.. Любовница своего отца!.. Немедленно собирай манатки — и вали… вали с глаз моих долой!.. Ты уволена!.. И не вздумай требовать расчет: вся твоя зарплата уйдет на покрытие убытка, который ты нанесла магазину… Бегемотиха в посудной лавке, млин!..

…Стоял поздний август. Листья — желтые и ржаво-коричневые — облетали с черных деревьев.

Юлдуз — понурая, в потертой курточке — брела по аллее. Прохладный ветер играл с темными волнистыми волосами девушки. Слезы все еще увлажняли ее миндалевидные глаза.

Разглядывая трещины в асфальте под ногами — Юлдуз думала о многом.

Как теперь быть?..

Надо платить за койко-место. Надо отсылать деньги маме на родину. Надо — в конце концов — что-то есть. Хотя бы хлеб и макароны…

О, Аллах!.. Как трудно выживать в негостеприимной расейской столице — в этом жестоком мегаполисе, похожем то ли на бурный океан, то ли на гигантский разворошенный муравейник…

В кармане Юлдуз завибрировал телефон.

Девушка приняла вызов.

— Здравствуй, дочка, — по-тюркски сказала мама.

— Салем, мама, — так же по-тюркски ответила Юлдуз.

— Как дела у тебя, душенька?..

— Все… хорошо.

Девушка напряглась. Но заставила свой голос звучать спокойно и ровно.

— Юлдуз, — сказала мама. — Твоей маленькой сестричке нужны подгузники и молочко…

— Да… — уже не так уверенно откликнулась Юлдуз. — Я пришлю деньги… через несколько дней.

— Звездочка. У тебя точно все в порядке?.. — настороженно поинтересовалась мама.

— Д-да, мамочка. Все… все замечательно.

— Береги себя, родненькая.

— И ты себя береги. Поцелуй от меня сестренку.

— До свидания, Юлдуз.

— До свидания, мама.

Юлдуз спрятала телефон в карман. Сделала несколько шагов — и остановилась.

Сердце ее трепыхалось, как птичка в силках. Девушка едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.

Ярко-желтый навес еще работающего летнего кафе.

Юлдуз взяла стаканчик горячего шоколада с молоком — и приземлилась за пластмассовый столик.

Ее тонкие пальчики дрожали. Обжигающий напиток чуть не выплескивался через край бумажного стаканчика.

Юлдуз всхлипнула. Но постаралась взять себя в руки.

«Итак… меня уволили… Мама ждет денег… Я должна найти работу… Ничего, ничего, Юлдуз. В расейской столице много, много работы…».