Онлайн книга «Псих. Первая кровь»
|
Воронцов перестал скалиться. Сделал вид, будто удивлен нашими ответами. Вернее тем, насколько они разные. — Немного, значит, — уточнил он, будто плохо расслышал ответ. Смотрел, конечно же, именно на меня. Я не стал врать по определенной причине. Отчего-то мне показалось, если начну изображать то, чего нет, например, страх перед грабителями, этот придурок в курточке сразу все поймет. Поэтому озвучил версию, которая была относительно близка к правде. Действительно немного испугался, не не двух обдолбанных кретинов в лыжных масках. Боялся, что невзначай превращу их мозги в кашу, как было со Штыком. Нельзя оставлять следы, по которым меня могут найти инквизиторы. Вот этих людей в черном я точно видеть больше не хочу. Есть ощущение, телепат нет врет, когда говорит, что они мне сделают по-настоящему больно. Воронцов чуть выпятил нижнюю губу, кивнул. Не одобрительно, а задумчиво. Мол, интересный ты пацан, Витя. Не пойму тебя с первого захода. Двое санитаров в оранжевых жилетах продрались сквозь толпу с носилками. Один остался у пролома, оттёр плечом слишком ретивого зеваку. Второй, пожилой, с седой щетиной, направился прямиком к тощему. Присел на корточки, стянул маску-балаклаву, приложил пальцы под челюсть. Через пару секунд крикнул через плечо коллеге: — Живой. Пульс есть. Слабый, но ровный. Давай носилки! Не пойму… Это с носа что ли натекло…Открытых ран на голове нет. Апогей на возню санитаров даже не обернулся. Смотрел на меня. Улыбался. Но в улыбке появилось что-то новое — оценка. Крепыша тем временем тоже забрали. В магазин пробралась еще одна пара санитаров. Они закинули труп на носилки. Голова грабителя мотнулась, одна нога упорно не хотела лежать как положено, норовила соскользнуть. Санитар сердито буркнул товарищу: «Придержи ноги, резвый какой-то покойник», — и они понесли мертвого крепыша к пролому. Кто-то из зевак вскинул смартфон, но тут же получил легкий удар по руке от мента: — Убрал телефон! Быстро! Следом за санитарами в магазине появился криминалист. Да, понятно, прилетел великий Апогей и всех спас, но факт преступления никто не отменял. Надо написать кучу бумажек, быстренько открыть дело, а потом еще быстрее его закрыть. Все же понятно. Поэтому криминалист делал свою работу лениво, скорее для галочки. Он присел на корточки у витрины, начал что-то замерять рулеткой возле лужи крови на полу. Создавал видимость серьезного подхода. Двое полицейских — новых, свеженьких, не тех, что Апогей отправил контролировать зевак —подошли к парню с обручальным кольцом, стали его расспрашивать о случившемся. Тут же подскочила кассирша и принялась взахлёб рассказывать, как «этот, гад, за волосы, представляете, за волосы!». Женщину в светлом пальто увели куда-то в сторону, — судя по всему, к скорой. Магазин ожил. Все крутились как заведённые. Одни писали, другие уносили, третьи фотографировали улики. Наша троица на фоне этой суеты выглядела слегка неуместно. Но никто из сотрудников полиции даже не дернулся к нам. Наверное, из-за Апогея. Воронцов медленно, почти лениво почесал висок кончиком пальца. Посмотрел на то место, где совсем недавно лежал тощий, на лужу крови, которая осталась. — Кстати, — снова заговорил он, — Витя, ты мне кое-что объясни. Я, конечно, старался быстро попасть сюда, но всё-таки не мгновенно долетел. Ну, знаешь, пока от нашего центра сюда добрался… |