Книга Звереныш, страница 36 – Рита Хоффман

— Серорожденный ведь рассказал тебе, в чем дело, верно? — На кончиках ногтей Герды заплясали искры бледного пламени. — Светлейший обманом заключил союз с людьми. И если этот договор расторгнут, Неопалимые рыцари Светочи направят мечи на Иных.

Герда потушила пламя, окунув пальцы в чашу. Устав ждать, Пес улегся у ног Вольфа.

— Земля, по которой ты ходишь, — это останки великанш, породивших трех братьев и трех сестер. Двое братьев оказались очень сильны, третий — слаб телом, но хитер. — Герда не смотрела на Вольфа, она разглядывала содержимое чаши. — Хитрый сговорился с одним из сильных, и вместе они убили третьего брата, а после поделили мир. После бесславной победы сильный ушел за Завесу — управлять тем, что далеко от понимания. Он попросил сестру создать разумных существ, и она оживила то, что сумела найти в новорожденном мире, — камни, деревья, реки. Так появились Иные. Две другие сестры последовали за хитрецом и вдохнули жизнь в его мертворожденных детей — ради этого им пришлось пожертвовать собственным бессмертием. Владыке Завесы жертва сестер не понравилась — он был уверен, что брат обманом вынудил их так поступить. Хитрец правил долго, но в конце концов отказался от дара вечной жизни.

— Почему? — Вольфу поступок хитреца показался очень глупым.

— Не знаю. Ветра шептали, что он устал. Так или иначе, вечно молодой правитель постарел и превратился в прах. Но его брат по сей день соблюдает их договор.

Вольф сам не заметил, как уселся на пол, настороженно слушая хагазуссу. Герду он видел разной — и ворчливой, и разгневанной, но такой серьезной — никогда.

— Он правит миром за Завесой и не вмешивается в дела смертных, но лишь до тех пор, пока на троне сидит прямой потомок брата — плоть от его плоти, обязанный жизнью их сестрам. Если королевский род прервется, Владыка Завесы достанет свой рог из человеческих костей и пробудит мертвецов — таким был уговор меж братьями.

— Не понимаю, — признался Вольф.

— Убийство связало их, да так, что эти узы ничем не разорвать. Владыка не признает власть людей, в которых не течет кровь древних. Если последний из рода Дитрихштейнов умрет, то, что должно было быть мертвым, восстанет. — Герда наконец повернулась к Вольфу. — Сейчас на троне сидит король. У него родился сын — эрбпринц, прямой наследник рода. Но твари стали появляться в горах. Они стенают и воют, ползают по лесам и заманивают людей в топи. Так быть не должно. Условия соблюдены, но почему-то…

Герда замолчала, погрузившись в мысли. Вольф тоже молчал, пытаясь осознать, что легенда, рассказанная хагазуссой, не просто старая сказка. Пес похрапывал, растянувшись на полу.

— У короля был защитник. Гебхард… Помню, как тяжело ему давалось обучение. — Вздохнув, Герда продолжила: — Он попал сюда младенцем, а ушел готовым ко всему мужем. Так мы думали. Гебхард должен был защищать короля до самой его смерти, а мы должны были готовить ему замену, медленно, без спешки. Теперь Гебхард мертв, а Грайхайм все больше напоминает змеиное гнездо. Ты тоже должен будешь находиться рядом с эрбпринцем, звереныш.

— Чтобы узнать, почему из-за Завесы лезут твари? — тихо спросил Вольф.

— Нет. Чтобы не позволить никому убить его.

Он пытался понять, но не мог — был слишком мал, глуп, слишком мало повидал, но он так старался!.. На висках Вольфа от усердия выступил пот. Он даже забыл, что собирался сбежать.