Книга Ловец Чудес, страница 76 – Рита Хоффман

Я гулял по Лондону и время от времени проверял свои навыки убеждения: несколько раз принуждал прохожих петь, дважды выпил в баре за счет заведения. Алкоголь, кстати, мой организм отвергал не так яростно, как еду, поэтому я стал захаживать в питейные заведения, где мог побыть среди людей и не чувствовать себя изгоем в их присутствии. Отцовский призрак, который преследовал меня всю жизнь, померк: стать подобным ему я больше не мог.

Сегодня я снова сбежал из дома, оставив одураченных Пауков на улице. Меня ждала Дебора – мы договорились посетить выставку какого-то неизвестного художника. Я искренне не понимал, зачем смотреть на каракули непризнанного дилетанта, но мисс Миллз была очень убедительна во время телефонного разговора.

Бодро шагая по улице, я мысленно прощался с ней. Это наша последняя встреча, завтра или послезавтра я покину Лондон, даже если придется оставить здесь свое сердце. Мне не хватит мужества втянуть Дебору в эту авантюру, а уж выложить всю правду о себе и подавно.

Арчи Аддамс – лжец, поедатель крыс и трус.

Я вышел из переулка и вскинул руку, приветствуя Дебору. Она усмехнулась и сделала элегантный книксен, никак не вяжущийся с ее строгим серым костюмом.

— Я опоздал?

— Это я пришла слишком рано. – Она махнула рукой, всем своим видом показывая, что мое опоздание ей безразлично. – Твои волосы… Ты бежал?

Скорее, летел словно ветер, но об этом ей лучше не знать.

— Водитель кеба немного заплутал, пришлось пройтись.

— Кудри, – Дебора коснулась пальцами моих волос, – я прежде не замечала.

— Это влажность, – краснея, ответил я и сбивчиво продолжил: – Мы можем идти?

«Выставка» – это слишком громкое слово для того, что я увидел, спустившись в подвал трехэтажного здания. Серые стены ощетинились уродливыми лампами, их хватало только на то, чтобы освещать безобразные полотна. Несколько десятков ценителей искусства передвигались в кромешной темноте, то и дело натыкаясь друг на друга. Вокруг то и дело раздавались смех и звон разбитых бокалов.

— Как темно, – прошептала Дебора.

Я кивнул, напрочь позабыв о том, что она этого не видит. Для меня света было достаточно – после перерождения я видел в кромешной темноте, словно кошка. Полезный навык для того, кому предстоит скитаться в ночи целую вечность.

— Как думаешь, что это?

Я уставился на полотно и попытался осмыслить буйство несочетаемых оттенков и цветов. С одинаковым успехом это могло быть абстрактное изображение моря или бессмысленная мазня. А может, автора просто вырвало на холст.

— Понятия не имею, – честно признался я, склонившись к уху Деборы.

— Если честно, я тоже. – Она тихо рассмеялась.

Стук ее сердца я бы назвал кокетливым – после каждого удара оставалась сладкая, тягучая пауза, от которой волосы на моем затылке шевелились. Я желал ее, но никак не мог понять – как мужчина или как Чудовище.

— А это похоже на заплесневелый суп, – прошептала Дебора. – Когда я приглашала тебя сюда, мне и в голову не могло прийти, что он действительно бездарен.

— Художник? – Я окинул взглядом унылого цвета пейзаж, украшенный оранжевыми и зелеными фигурами. – Ты с ним знакома?

— Конечно, нет. Многие считают, что он непризнанный гений, вот я и решила взглянуть.

— И как тебе? Достаточно гениально?

— Слишком сложно для моего скудного ума, – фыркнула Дебора. – Тебя очень оскорбит, если я скажу, что каждый мужчина считает себя гением, а на деле чаще всего оказывается страшной посредственностью?