Книга Ловец Чудес, страница 221 – Рита Хоффман

— Смотри в оба.

Сначала я не понял, о чем предостерегает меня Теодор. В просторном зале царил полумрак, плотные колпаки, надетые на светильники, давали так мало света, что даже я сперва не понял, что происходит вокруг. Но стоило мне присмотреться, вернее прислушаться, как кровь ударила в голову.

Я отступил на шаг, но тут же на кого-то налетел. Шелестя юбками, мимо протиснулась женщина с обнаженной грудью. Я проводил ее недоуменным взглядом и уставился на Теодора. Он пожал плечами.

— Господин не желает попробовать?

Я развернулся на каблуках и увидел девушку, фривольно раскинувшуюся в кресле. Ее платье с открытыми плечами едва прикрывало грудь. Она недвусмысленно поглаживала себя по шее.

— Что это за место? – Я притянул к себе Теодора. – Куда они нас привезли?!

— Пик вампирского гедонизма, – Теодор обвел зал рукой. – Дом наслаждений, Кормушка.

— Кормушка?! – прошипел я. – Это что, люди?!

— И люди, и вампиры, поди разбери, кто есть кто. – Меня обняла невесть откуда взявшаяся Зоя. – Расслабься, Дамьян, сюда приходят утолить жажду прекрасного.

— Что же здесь прекрасного? – краснея, спросил я.

— Слабость человеческой плоти, их бьющиеся сердца и свобода быть собой, конечно же. – Она передала мне бокал. – Можешь не участвовать, здесь есть и те, кто любит просто смотреть.

— Я и смотреть не люблю!

— Ты просто не пробовал, – заверила меня женщина. – А теперь простите, меня ждет один прекрасный юноша, прямо вон там, за той ширмой.

Покачивая бедрами, она удалилась. Я залпом осушил бокал и выхватил другой из рук официанта. Неслыханно! С чего они взяли, что мне может здесь понравиться?!

— И часто вы здесь бываете? – с вызовом спросил я Теодора.

— Случается, – ответил он.

— И… И что тебя здесь привлекает? – Я, казалось, начал задыхаться от смущения.

— Здесь можно забыться. – Теодор выпил шампанское и, последовав моему примеру, тут же заменил пустой бокал на наполненный. – Пройдемся? Или ты так напуган, что не можешь и шагу ступить?

— И вовсе я не напуган! – выпалил я.

Мы медленно пошли вперед. Я старался не смотреть по сторонам, но то и дело натыкался на переплетенные тела, видел кровавые следы, запятнавшие полные груди, на вожделеющие взгляды, которые невозможно скрыть масками. Стыд. Грехопадение. Я словно попал на один из кругов ада Данте. Откровенные позы, звуки страсти… Я сам не понял, когда снова схватился за бокал.

— У тебя руки дрожат.

— Не дрожат! – рявкнул я и сжал бокал, чтобы скрыть дрожь.

— Если хочешь, мы можем уйти, – предложил Теодор.

Во мне взыграло юношеское упрямство. Я покачал головой, отпил из бокала и сел в свободное кресло.

— Покажи мне, чем ты здесь обычно занимаешься, – потребовал я, ощущая внезапный приступ холодной решимости.

Хотелось смутить его, сделать так, чтобы Теодору самому стало неловко находиться в этом пропитанном похотью месте, но вместо этого он сел на полукруглое ложе напротив и притянул к себе какую-то девицу. Она прильнула к нему, скользнула губами по шее и запустила руку под рубашку. Другой рукой она сжала его бедро, и он откинулся назад, позволяя ей бесстыдно ласкать себя.

Грех. Грех. Грех. Кровь стучала в висках.

«Нужно встать и уйти, просто встать и уйти», – повторял я себе, но сидел на месте, будто меня прибили к креслу гвоздями.