Книга Моровое поветрие, страница 122 – Рита Хоффман

Если не хватит ее знаний о лечебных травах, она хотя бы предупредит Станислава и его семью о море. Может, царь велит горожанам покинуть Ярилов град или его охотники что-нибудь придумают.

— Не прикасайся ни к кому, – велел Вереск, когда они оказались за городской стеной, – здесь уже все заразой провоняло. Думаю, первыми те слягут, кто под дождь попал.

— И мы? – забеспокоилась Ярина.

— Меня-то вряд ли мор возьмет, а ты… Мы были далеко от города; может, и обойдется.

Ярилов град опустел, люди им попадались редко: все попрятались от ливня, даже торговцы покинули свои лавки. Ярина впервые шла по столице при свете угасающего дня, не прячась в ночных тенях. Ярилов град был красив и уютен. Бревенчатые дома, чистые улицы, покатые крыши с петушками, ставни с чудными узорами – все это казалось ей необычным. Не стоило ей слушать Душицу и к ней идти. Могла ведь и до столицы добраться, попытать счастья здесь.

— Подождем темноты и проберемся к Станиславу через окно, – прошептала она.

— Как скажешь, – откликнулся Вереск.

— Тебе не нравится то, что я затеяла.

— А я этого и не скрываю. Была бы моя воля – схватил бы тебя и силой унес.

— Куда?

— Думаешь, на этих землях свет клином сошелся? В какую сторону ни пойдешь, всюду есть и города, и люди. А ты сгубить себя решила, так и не увидев ничего.

Ярина нахмурилась:

— Я хочу исправить то, что натворила, понимаешь? Знала бы, у кого украла сердце, и ему бы помочь попыталась…

— Твоя единственная беда в том, что ты доверяешь всем без разбору. – Вереск тяжело вздохнул. – Душице, Чеславе, этому петуху…

— Да что ты так на него взъелся? У него имя есть.

— А ты чего его защищаешь? Приглянулся?

— Даже если и так, то что с того? – Ярина смущенно опустила голову. – Кто я и кто он? Я же не дура.

— Тебе стоит подумать не о том, кто он и кто ты, а о судьбе его бывшей возлюбленной. Не от хорошей жизни она в реку шагнула.

— Если он ее не любил, в чем его вина? Всякое в жизни может случиться.

— В его глазах пропала, да? – Вереск покачал головой. – Я-то думал, что ты умнее.

— И вовсе не пропала.

— Как мало вам, девицам, нужно! Он всего-то пару слов сказал. Эх ты…

Вереск выглядел разочарованным и подавленным. Засунув руки в карманы, он шел рядом, не глядя на Ярину, а она губы поджала и не знала, как оправдаться.

Да, Станислав оказался красив, но к его ногам она падать не собиралась!

— Не тебе меня судить, – буркнула Ярина. – Черти вообще любить умеют?

Вдруг Вереск обхватил ее за талию, в мгновение ока перенес за один из домов, прижал к стене и горячо зашептал:

— Что ты знаешь о нас, а? Вся моя суть – это оголенная душа. Я всем телом чувствую то, что ты только искрой своей души ощущаешь! А моя страсть сильнее во множество раз, чем то, на что люди способны!

Ярина уперлась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть, но Вереск держал крепко. В его глазах пламя горело, щеки раскраснелись. Он говорил пылко, от горячего дыхания по спине Ярины мурашки побежали.

— Что ты делаешь? – Она снова попыталась его оттолкнуть.

— Показываю, что ты ничего не понимаешь. – Отстранившись, Вереск резким движением убрал кудри со лба.

— Ты Агриппу любил! – догадалась Ярина и тут же руки ко рту прижала.

Черные глаза сверкнули, линия рта мучительно изогнулась.

— Любил, – признался он. – Все готов был сделать для нее, а она… Она даже имени мне не дала. И запретила человеческий облик принимать.