Книга Ведьмин час, страница 99 – Рита Хоффман

— Что значит в паре? – не поняла Варна. – Мне его терпеть и дальше придется?

— Кто кого терпит еще, – фыркнул Свят.

— Светозарные работают парами или тройками, – напомнил наставник. – Кто-то должен прикрывать спину – это правило, почти такое же нерушимое, как законы Кодекса.

— И что, для меня не найдется другого напарника? – ворчливо осведомилась Варна.

— Ну, это уж как решит Совет.

— А кто там главный? – полюбопытствовала она.

— Я.

Свят прыснул, Гореслав улыбнулся краем рта и пошел вперед. Варна насупилась и поплелась следом.

Ей уже восемнадцать, скоро их увезут в столицу княжества – Ясностан, чтобы они продолжили обучение. Если все пройдет хорошо, их примут в Святой Полк. Святу девятнадцать, но из-за того, что их двое, ему пришлось дожидаться ее.

Скоро истечет срок, названный Рославой. Варна старалась не думать об этом, гнала мысли прочь, сосредоточивалась на уроках и занятиях с мечом. Сейчас она с ужасом вспоминала о том, что собиралась примкнуть к ковену.

За шесть лет они с Гореславом поймали нескольких ведьм, и то, что те делали, приводило в ужас. Одна из них, Любава, попалась почти случайно – не убрала алтарь после того, как забила на нем младенца. В тех краях будущие воины охотились на очередного заложного покойника, о ведьмах не было даже разговора, но, увидев оставшееся от ребенка месиво, Гореслав все понял. Молодую ведьму поймали быстро; оказалось, что она недавно примкнула к кругу более опытных колдушек, как называли их деревенские. Варна с ужасом смотрела на то, как Любава извивается у ног Светозарного, прибитая к земле серебряными пулями, – он подстрелил ее прямо в небе, когда ведьма летела на ясеневом суку, смазанном останками невинно убиенного малыша.

Гореслав сжег ее заживо и заставил Варну и Свята смотреть на это. Любава кричала до тех пор, пока не лишилась голоса, но никак не умирала. Кажется, она чувствовала боль, пока с нее не сползла вся кожа.

— Святое пламя не позволяет им терять сознание, – пояснил тогда наставник. – Они должны очиститься болью, иначе вернутся на этот свет в образе злобного духа и продолжат изводить народ.

После этого Варна наконец поняла, с кем связалась. Каждую ночь она просыпалась в слезах: ей снилось, что Светозарные топят ее, сжигают заживо, обезглавливают. Впервые за много лет Варна начала неистово молиться, по три раза в день, яростно, искренне, стояла перед распятием до тех пор, пока колени не начинали гореть. Варна мечтала о том, чтобы яд Зверя вышел из нее, чтобы кровь вновь стала чистой, и плевать, если после этого она снова станет слабой и никчемной, лишь бы не думать о том, что однажды Святой Полк приедет за ней.

После долгого поста Варна решила проверить, простил ли ее Господь, – сняла нательный крест, который дал ей Свят. В ту же секунду тело свело, ноги подкосились, внутренности словно объяло пламя. Лежа на полу в крошечной комнате, Варна поняла, что Бог от нее отвернулся и, сколько бы она ни молилась, толку не будет.

Однажды ночью она прокралась в комнату Дария и заставила его выслушать себя. Пусть ее все еще раздражало желание Дария остаться в этом захолустье, но только ему можно было рассказать все честно, ничего не утаивая. Конечно, он еще не принял сан и имел право выложить правду кому угодно, но она знала, что друг не предаст ее.