Книга Зови меня Волком, страница 84 – Лина Славянова

— У тебя интересная душа, – заговорила Эйрун, – в ней столько сомнений, терзаний. Держишься в стороне от всех, а внутри такие вкусные тайны. М-м-м… прямо-таки личные бесы и игры с тьмой, разрывающие изнутри. Не стану скрывать, хоть это и было сложно, твоё лечение было очень интересным и даже приятным. Давно не встречала таких притягательных душ. Столько тайн и противоречий…

Волк сморщился и закрыл глаза:

— Что ты хочешь? – наглость ведьмы раздражала его, а голос и тело манили. Хотелось одновременно выставить её вон и завалить прямо там, у стены.

— У-су-да… – смакуя каждый звук, произнесла Эйрун.

Имя словно громом поразило. Волк никому не назвал бы его даже под пыткой. Он ошалело уставился на неё:

— Откуда…

— Знаю? – Эйрун притворно рассмеялась, – Волчий сын, ты полагаешь, я шучу, что видела твою душу? Я вытащила тебя из мира мёртвых. Боишься, все тайны твои выведала? Не бойся. Все, – с насмешкой «успокоила» она. – Хочешь дам совет? Меня не надо бояться, со мной нужно дружить.

Эйрун шагнула на встречу Волку и замерла, неприкрыто рассматривая его. Волк отвёл взгляд, стиснув зубы. Руки так и чесались схватить её за волосы и проучить.

— Неужели у доблестного охотника такое малое сердце, что в нём не хватит места ещё для одной женщины.

Волк набрал в грудь воздуха, и делано спокойно ответил:

— Ты велела мне отдыхать, ведьма. Так позволь исполнить твою просьбу.

— Какой прилежный больной охотник. Надеюсь, Усуда оценит такую преданность. Только вот, оценит ли, что твой секрет стал известен мне… – нараспев прошептала Эйрун, – а может, и не только мне. Как знать? Сказывают, у женщин длинный язык, – она шутливо показала кончик языка.

— Что ты хочешь? – в горле пересохло, и слова давались тяжело.

— Совсем не много. Всего лишь поцелуй. Горячий, настоящий, такой, как даришь ей. У меня так холодно на душе, – Эйрун прижала руку к груди, так, что, казалось, платье сейчас разойдётся, – быть может, любовь согреет.

Волк плотнее прикрыл покрывалом наготу.

— Я не прошу золота, не прошу служить мне, только крупицу тепла и огня вашей любви, – подходя ближе, шептала ведьма. – Чтоб я почувствовала твой жар.

Волк кивнул:

— Хорошо.

— Что? – переспросила Эйрун.

Влаксан поднялся и прижал её к себе:

— Я согласен.

Всё в ней было настолько отличное: рост, мягкая фигура, холодные губы и прикосновения, ледяными молниями пронзающие до мурашек. А в глазах тёмный огонь, словно мгла: присмотрись и наверняка разглядишь чертей, пляшущих над бездной.

Пальцы Эйрун нежными сосульками скользили по сети бледных шрамов на его шее. Даже сквозь платье ощущался её холод, но холод этот не отрезвлял, а лишь ещё больше манил и задорил, как и нежный жадный поцелуй.

Оторваться было не просто… но это не Усуда.

— Что ж, – вздохнула Эйрун, – я надеялась согреться твоим теплом, но… ты, по крайней мере, пытался. Раз на то пошло, отдыхай и поправляйся. Пей, – она сняла с пояса небольшой мех и протянула Волку.

— Что это?

— Хотела бы я сказать, что приворот, – вздохнула ведьма, – Быть может тогда, могла бы получить заслуженную благодарность. Но нет, всего лишь сонный настой. Пойду поищу более благодарного больного…

Волк удивлённо глянул на Эйрун.

— Думаешь, только тебя подрали в лесу? – засмеялась Эйрун, – Конечно, схватиться с котом один на один дури хватило только у тебя… из выживших, по крайней мере. Есть и другие, кому перепало, не меньше. Пей, – ведьма подтолкнула мех к губам Волка и держала, пока он не сделал глоток.