Книга Двор призрачных сердец, страница 88 – Элис Нокс

Теперь я тряслась — мелкой дрожью, которую я не могла контролировать. От напряжения, от мук, от усталости.

Мышцы свело, челюсть заныла от постоянного сжатия зубов. Руки онемели от того, как крепко я держалась за одеяло.

И ломота там не отпускала. Только усиливалась, становилась всепоглощающей, заполнявшей всё сознание.

Просто одно прикосновение. Одно. И всё прекратится. Никто не узнает, он дремлет. Я тихо, быстро, и мучения уйдут.

Рука снова потянулась вниз. На этот раз я не остановила её сразу. Позволила опуститься. Ближе. Ещё ближе.

Пальцы коснулись ткани штанов над твёрдостью.

Вспышка ощущений ударила так сильно, что я застонала — тихо, сквозь сжатые зубы, но услышала собственный звук и в панике отдёрнула руку.

Перевернулась на бок, отвернувшись от него полностью. Зарылась лицом в подушку. Подтянула колени к груди, свернувшись в защитную позу.

И лежала так, дрожа, мучаясь, отсчитывая бесконечные минуты до рассвета.

* * *

Сон пришёл под утро.

Не сразу. Медленно, крадучись сквозь слои усталости и боли, сквозь остатки сопротивления, что я держала всю ночь.

Я проваливалась в него постепенно — сквозь тьму, сквозь забвение.

И оказалась...

* * *

В темноте.

Но не абсолютной. Лунный свет проникал сквозь высокое окно, рисуя серебряные полосы на полу, превращая комнату в мозаику света и тени.

Я знала это место.

С той отвратительной, кристальной ясностью, что приходит только во снах.

Та же комната, куда он утащил меня на балу. Тёмная, с каменными стенами и высоким потолком. Запах пыли смешивался с чем-то более свежим — дымом от потухших факелов, влагой старого камня, слабым ароматом воска от давно сгоревших свечей.

Та же стена за моей спиной — холодная, шершавая, давящая сквозь тонкую ткань платья.

Те же руки, что держали меня — сильные, властные, не дававшие ни шанса вырваться.

Но всё было иначе.

Я посмотрела вниз на своё тело.

Моё.

Женское, маленькое, хрупкое в его руках.

Чёрное платье всё ещё на мне, но помятое, сбившееся. Декольте съехало, обнажая плечо. Разрез задрался до бедра.

Босые ноги. Когда я потеряла туфли?

Ладони — мои ладони, маленькие, бледные — лежали на его груди.

Я подняла взгляд.

И увидела его.

Лис.

В своём теле. Высокий — на голову выше. Широкоплечий, с той грацией хищника в каждой линии.

Рыжие волосы растрепаны, падают на лицо волнами, закрывают один глаз. Рубашка расстёгнута почти до пояса, обнажая грудь — широкую, мускулистую, покрытую рунами, что тускло мерцали в лунном свете.

Серебряные глаза горели — голодные, хищные, полные того обещания, от которого должно было становиться страшно.

Но страха не было.

Только жар, низко в животе, между бёдер.

Это сон, — напомнила я себе. Это не настоящее. Ничего из этого не реально.

Но ощущалось реальнее, чем всё, что было наяву.

Его дыхание обжигало мои губы — горячее, рваное, пахнущее корицей и чем-то пряным, тёмным. Запах его тела окутывал — дым костра, мускус, что-то дикое и непонятное, от чего кружилась голова. Тепло его кожи впивалось сквозь тонкую ткань моего платья, и я чувствовала, как мои соски твердеют от близости, предательски прижимаясь к его груди.

— Кто ты на самом деле? — прошептал он, и голос был низким, бархатным, с той хрипотцой, что заставляла что-то сладко внутри сжиматься.