Книга Двор призрачных сердец, страница 307 – Элис Нокс

Он сделал шаг вперёд, и в карих глазах промелькнуло что-то острое.

— Аделин. Что ты прячешь?

— Ничего важного, — выдавила я, сжимая записку крепче. — Просто... бумага.

— Покажи.

— Джаспер, это...

— Покажи, — повторил он тверже, и в голосе прозвучала сталь.

Мы смотрели друг на друга долго — он с напряжённым лицом, я с колотящимся сердцем.

Потом он медленно выдохнул, отступил на шаг, и что-то в его лице стало усталым и сломленным.

— Ладно, — сказал он вполголоса. — Не показывай. Не моё дело.

Пауза, и голос стал ещё тише, почти шёпотом:

— Мне жаль, что тебе пришлось искать ночлег. Это неправильно. Ты не должна была... из-за меня.

Что-то сжалось в груди так сильно, что стало трудно дышать.

— Джаспер...

— С сегодняшнего дня, — перебил он, выпрямляясь, и в лице появилась решимость, — ты возвращаешься в свою каюту. А я перебираюсь к матросам. Вейрон показывал — там есть свободные гамаки.

— Что?! Нет! — я шагнула вперёд, забыв про записку. — Ты ещё не восстановился! Тебе нужна нормальная кровать, покой...

— Мне нужно, чтобы ты была в безопасности, — перебил он твёрдо, и в карих глазах вспыхнуло упрямство. — А не спала в чужих каютах из милости.

— Но там неудобно! Гамаки жёсткие, ты не выспишься...

— Справлюсь, — отрезал он. — Я не хочу быть обузой для тебя. Для кого-либо.

— Ты не обуза! Никогда не был!

— Решено, — его голос стал непреклонным. — Ты вернёшься в свою каюту сегодня. Так правильно.

Он повернулся к выходу.

— Джаспер, подожди...

— Позавтракаем вместе? — бросил он через плечо, не оборачиваясь, и голос прозвучал ровно, слишком ровно. — Или ты ждёшь своего великодушного хозяина, чтобы лично поблагодарить за... гостеприимство?

Последнее слово прозвучало с тонкой, режущей горечью.

Дверь закрылась за ним.

Я стояла посреди каюты, босая, в мятой пижаме, со смятой запиской в руке, чувствуя, как сердце бьётся слишком быстро, слишком больно.

Медленно разжала пальцы, распрямила лист.

Слова Лиса смотрели на меня — игривые, дерзкие, опасные.

«Ты мигрировала ко мне среди ночи.»

* * *

Кают-компания встретила запахом свежего хлеба, жареного мяса и чего-то пряного, что заставило желудок предательски заурчать.

Длинный стол из тёмного дерева, за которым уже сидели матросы, а так же Вейрон, Рэдли и Эш. Утренний свет лился через иллюминаторы, отбрасывая золотые блики на тарелки, кружки, графины с водой и вином.

Я вошла следом за Джаспером, и все подняли головы.

— Доброе утро, спящая красавица! — Рэдли махнула вилкой в мою сторону, усмехаясь. — Думала, ты проспишь до обеда. Лис сказал не тревожить.

Щёки вспыхнули, и я быстро опустила взгляд, проходя к свободному месту напротив Вейрона.

Джаспер сел рядом со мной — близко, но не касаясь, и я чувствовала напряжение, исходящее от него волнами.

Эш поставил передо мной тарелку — жареные яйца с овощами, ломтик хлеба, ещё горячего, масло, которое таяло золотыми лужицами. Рядом — чашка с дымящимся чаем.

Желудок заурчал громче, и я схватила ложку, поднесла ко рту…

— Ты добровольно ешь их еду?

Голос Джаспера прозвучал едва слышно, но отчётливо, и я замерла, ложка зависла в воздухе.

Медленно обернулась.

Он смотрел на меня спокойно, но в карих глазах читалось что-то острое.

— Что? — выдавила я.

— Еду фейри, — повторил он ровно, кивая на мою тарелку. — Ты ешь её добровольно, без принуждения.