Книга Деревенская знахарка. Второй шанс Анны, страница 153 – Мария Лунёва

Скрипнула дверь, и мы оказались в тепле.

— Мама! Мамочка! — послышался радостный голосок дочери. — Папа, что с ней?

— Сама видишь, — сдержанно ответил Эрл. — Ничего, что быстро бы не зажило. Твоей магии, доченька, хватит, чтобы всё подправить. Тут всего-то синячок.

Врёт. Я это понимала. Не желает, чтобы я правду слышала. Но я не разозлилась. Меньше всего мне бы сейчас хотелось чувствовать себя жалкой.

Никто до этого момента никогда не думал о моих чувствах, не щадил их. А Эрл... У него это выходило само собой.

Пройдя по комнате, он отнёс меня на кровать.

— Мы замучаемся стирать простыни, — проворчала я. — Ну хоть бы обувь с меня стянули сначала.

— Это не твоя забота, родная. — Муж осторожно меня раскутал. Подняв руку, он легонько провёл костяшками пальцев по моей щеке. — Всё быстро пройдёт. Всё забудется. Главное, что я успел. Что ты смогла продержаться это время. Ты настоящий воин, Анна. Безумно смелая женщина.

— Мама. — Сбоку появился и Ярик. — Мамочка...

Он погладил меня по руке, и я с трудом разодрала веки. По его щекам потекли слёзы.

— Соберись, сынок. — Эрл нахмурился. — Ты нужен маме сильным.

— Пропустите. — К нам пробралась и Милана. Бросив на меня взгляд, она как-то зло прищурилась. — Маму раздень. На ноги тёплые носки. Был ещё где-то твой старый свитер, папа. Её нужно согреть. А я поищу нужные взвары. Был где-то у нас крем. Он от синяков и порезов... Чего нет — сварим... Мама подскажет с травами. И никому не реветь!

— Вся в мать! — похвалил её Эрл. — И правильно, дочь. Правильно.

Под моим боком пошевелилась Малли. Поднявшись, она, чуть подхрамывая, дошла до подушки и улеглась прямо у моей головы.

— Большая такая, — удивился Ярик. — Нужно и её покормить. И лапку её посмотреть...

Возле нас засуетились. Я лежала. Муж осторожно снял с меня вещи, мягко выставив из комнаты детей. Потом сходил за тазом с водой и ветошью. Вернулся. Вслед за ним из-за занавески показалась Милана.

— Папа, это в воду добавь, чтобы не воспалилось.

Она протянула ему бутыль с отваром. На этикетке я успела прочитать надпись «От гноя».

А дальше муж меня обтирал. И вроде сидит надо мной, склонившись, здоровяк такой, а столько в нём нежности. Он стирал с головы кровь, при этом старался, чтобы я не видела ткань в его руке. Я понимала, что там красные спекшиеся сгустки. Но подыгрывала ему.

Хотя через щёлочки глаз мне и правда мало что видно было.

В дверь постучали. Фалли прошёлся по комнате и сел на лавку у печи. Милана же поспешила открыть.

Послышались голоса гостей. Томека. Узнала я. С ней старший её сын Стеван. Через приоткрытую занавеску я видела, как он прошёл с охапкой дров по кухне и сложил всё в ящик. Затем важным взглядом прошёлся по столу, на котором Милана взвар делала. Кивнул. Что-то тихо спросил у дочери. Забрал из её руки нож и проверил остроту лезвия. И всё у него так естественно выходило.

Хозяйственный паренёк. Видно, что толковый. Снова что-то сказав, он крутанулся и нашёл широкую кожаную полоску. Быстро наточил нож, но дочери его не вернул. Сдвинув её в сторону, сам настругал кореньев.

— Ты как, Анна? — Проём загородила фигура соседки. — Я ужин лёгкий принесла. Похлёбка рыбная. Мне сынок рассказал, что было. Ох, сильна ты, знахарка. Сильна. Это ж надо развоплощённому тёмному поперёк горла встать.