Книга Когда ночь крадет солнце, страница 6 – Диана Фэйр

— Ты сегодня обслуживаешь меня, — тот самый голос звучал как удар хлыста. Ладонь в черной перчатке впилась в мое запястье, выворачивая руку так, что золотые браслеты уныло звякнули друг о друга, и я резко повернула голову, встречаясь глазами с его ядовито-фиолетовым взглядом. Кислота, растворяющая других, — не взгляд.

— Я уже занята, господин, — мелодично отозвалась я, наигранно испуганно округляя глаза, но он точно заметил вспыхнувший в моем взгляде огонь. Пальцы на запястье сжались сильнее, пронзая болью до самых костей.

— Теперь нет, — ледяной холод, тщательно спрятанный за нетерпением.

Тяжелый золотой браслет с массивными камнями упал к ногам мадам Лин, звеня, как похоронный колокол. Старуха даже не пискнула, лишь кивнула, пряча глаза, и я искренне пожелала ей сгореть вслед за последним пером с ее веера. Он потащил меня по лестнице, не обращая внимания на то, как я царапаю ему шею свободной рукой, и нарочно выбрал самую унизительную комнату — с грубо сделанными металлическими решетками на окнах, окрашенных плешивой золотой краской.

Мужчина спихнул меня на пол грубее обычного, с глухим стуком закрывая дверь, и его пальцы тут же рванули остатки платья вниз, оставляя меня только в ворохе чертовых украшений. У мадам Лин определенно не было чувства вкуса: золотую птицу запихнуть в золотые кандалы. Он не обращал внимания на такие мелочи: его ледяные пальцы уже впились в мои бедра, легко приподнимая, и я затаила дыхание от нетерпения, охотно подчиняясь.

— Ты должна приходить ко мне, — прошипел он, впиваясь зубами в шею так, что я вскрикнула, обнимая его ногами, когда мужчина со всей силы вжал меня в холодную стену. — Дрожать, — его губы обожгли шею, но не зубами — языком, медленно скользящим к декольте, оставляя мокрый след, который тут же леденел на коже, — умолять, кричать.

Его ладонь скользнула между ног, грубые пальцы в перстнях втиснулись в меня без лишних прелюдий, растирая влагу по подрагивающим стенкам внутри. Я вцепилась в его плечи, выгибаясь навстречу, но он отстранился, заставляя рычать от разочарования.

— Соскучился, — мой голос звучал довольно и тихо, но я знала, что он все слышал. — Ваша светлость снова тоскует?

— И как компенсируешь? — мужчина усмехнулся и до лиловых отметин впился пальцами мне в ягодицу, другой рукой расстегивая пряжку ремня.

Один вид его члена, испещренного крупными венами, заставил довольно прищуриться и облизнуться. Не человеческий. Не демонический. Чужой.

— А нужно? — завороженно отозвалась я.

Он провёл головкой по моему животу, оставляя липкую дорожку, и я застонала, чувствуя, как пламя под кожей ответило жаром. Тут же проступил рисунок вен, в темноте светящихся золотистым пламенем, и его ядовитый взгляд восхищенно загорелся. Он всегда горел, даже когда я не пыталась сжечь.

Когда он вошёл, мир распался на осколки. Его холод заполнял, растягивал до предела, пока мои стоны перерастали в громкие всхлипы. Ему всегда было мало, и эта жадность постепенно поглощала и меня. Каждое движение было расчетливым унижением: он вытаскивал почти полностью, заставляя дрожать от пустоты, затем вгонял член обратно, выворачивая тело наизнанку от яркого удовольствия. Огонь от моих касаний трепетал на его коже, потухая почти сразу — свой жар он отдавал мне, а не ему.