Книга Пламенный ягненок, страница 9 – Елизавета Мальчикова

Кто-то вложил мне в руку свечу. Она была тяжёлой и тёплой. Я повернула голову к Глебу. Он с самодовольной ухмылкой тянул свою свечу вверх, словно соревнуясь с кем-то невидимым. Гости захлопали, будто он совершил подвиг.

Глеб резко поднял мою фату. Его грубый поцелуй мокро отпечатался на моей щеке. Он отстранился, отхлебнул вина из кубка и с размаху швырнул его на каменный пол. Хрустальный звон осколков показался мне оглушительным.

— Мне… мне так душно… — Слова давались с трудом, язык отказывался слушаться. Я вцепилась в руку мужа мёртвой хваткой, боясь потерять сознание и рухнуть на глазах у всех.

— Что ты там мямлишь? — Он даже не взглянул на меня.

Он выволок меня из церкви так бесцеремонно, будто тащил мешок с зерном. У крыльца он просто разжал пальцы, и я упала на сухую траву у его ног.

Вадим оказался рядом мгновенно. Он подхватил меня на руки раньше, чем я коснулась земли. — Уведи её с моих глаз! — бросил Глеб через плечо.

— Я задыхаюсь… — прохрипела я. — Потерпите, госпожа… — Вадим уже ослаблял пояс сарафана.

Первый глоток прохладного вечернего воздуха обжёг лёгкие. Я почувствовала, как его сильные руки держат меня крепко и надежно. Мутным взглядом я скользнула по его лицу — резкая линия подбородка, плотно сжатые губы… Какой красивый подбородок…

Я не поняла, произнесла ли это вслух или лишь подумала. Веки налились свинцом, мир закружился в последнем вихре и погас.

Я провалилась в спасительное небытие.

Я проснулась в одной лишь нижней рубахе. В памяти, словно сквозь туман, всплывали обрывки ночного кошмара: чей-то гнусный смех, липкие прикосновения, влажный поцелуй мужа, от которого меня передёрнуло, и резкая, гордая линияего подбородка… Щёки вспыхнули румянцем. Как хорошо, что супруг не ночевал со мной.

Взяв в руки тяжёлый медный канделябр, я тихо вышла из опочивальни. С каждым шагом сознание прояснялось, и отвратительные картины вчерашнего вечера вставали перед глазами всё отчётливее.

Внезапно снизу донёсся шорох шагов. Я замерла и перегнулась через перила. По лестнице, воровато озираясь, почти бежал светловолосый юноша в одной исподней рубахе. Я уже хотела окликнуть его, но тут на моё плечо легла мягкая ладонь.

— Госпожа… — раздался тихий голос.

Я обернулась. Передо мной стояла Дарья.

— Вам следует одеться, скоро подадут завтрак, — мягко напомнила она.

Я молча кивнула и направилась обратно в горницу.

За длинным столом собрались все: я, купец с супругой и мой муж. Жена купца сидела неестественно прямо — корсет, казалось, вот-вот поднимет её плечи к самому потолку. Бедная женщина едва могла дышать, а о еде и речи не шло. Её муж, напротив, с жадностью набивал живот, крошки сыпались из его рта, а струйка кваса стекала по седой бороде. От этого омерзительного зрелища меня замутило.

Внезапно я ощутила чужое прикосновение к колену. Взглянула на мужа, но тот лишь надменно потягивал чай, делая вид, что ничего не замечает. Толстые пальцы поползли выше, и я, не в силах сдержать отвращение, резко вскочила. Все взгляды устремились на меня.

— Прошу меня извинить, — бросила я, скомкав салфетку, и почти выбежала из особняка.

Прохладный осенний воздух освежил лицо, и я направилась в сад диких роз. Опустилась на резную деревянную лавку, чувствуя, как горечь обиды застряла в горле горьким комком.