Книга Любовь и ненависть в Ровердорме, страница 70 – Оксана Гринберга

Глаза Люка неодобрительно сощурились, но Кейт этого не заметила. Продолжала нести высокопарную и не имеющую отношения к действительности чушь об исконных народах. Даже Азалия Уилсон нахмурилась, а Илейн тронула подругу за руку, но та и не думала останавливаться.

Привлеченный звуком шагов, Тайлор повернул голову, уставившись на вошедшего в гостиную управляющего. Тот замер в углу, вцепившись в шляпу, и, кажется, все прекрасно слышал.

— Прости, Ким! – негромко произнес он, и именно в этот момент Кейт Истром осеклась и замолкла.

Затем принялась извиняться, но ее голос прозвучал фальшиво.

— Состязания будут открытыми, – холодно произнес Тайлор. – Я не стану делать исключения ни для кого – ни для исконного народа, ни для местных жителей, ни для приехавших из столицы.

— Ну что же, это означает, что у меня будут достойные соперники, – тут же пошла на попятную Кейт, – потому что я собираюсь побороться за первый приз. Мой отец… Думаю, вы о нем слышали! Так вот, он держит лучших скаковых лошадей в столице, и я с детства привыкла к седлу.

Тайлор к этому времени уже успел вспомнить, что именно он слышал об Истроме, и говорили о том не самое лучшее.

— Кстати, какой будет главный приз? – поинтересовалась Кейт.

— Сто золотых, – отозвался Тайлор и тут же заметил, как алчно загорелись ее глаза.

— Не только это, – добавил Люк. – Как настоящий Пирсон я не могу остаться в стороне и тоже решил внести свою лепту. От меня будет еще и личный приз. Победительница сможет сопровождать нас на охоте – отправится туда под моим присмотром, под полную мою ответственность и полагаясь на мое слово джентльмена.

На это Тайлор тут же подумал, что таким образом Люк пытается отбить у него трофей – если на состязаниях победит сбежавшая от них всадница, то его друг будет в выигрышной позиции.

Впрочем, Кейт Истром тотчас же выразила самое горячее желание побороться за первое место.

— Мне жаль, Илейн, – и скорбным голосом произнесла Кейт, повернувшись к своей подруге, – что ты так и не научилась хорошо сидеть в седле и тебе не взять выигрыш. А вот я, милорд, буду биться за него до последней капли крови! И дело вовсе не в деньгах. Мое любимое развлечение – охота, и я не позволю никому встать на своем пути!

Произнеся это, она облизнула полные губы.

Ее рот хищно оскалился, и у Тайлора не осталось ни малейших сомнений в том, о какой охоте шла речь.

Утро началось с привычно-приветливого солнца в окне, тревоги за тетю и тоски по Грому, а еще с тихого звука шагов Лиззи. Сестра уже поднялась и теперь одевалась, собираясь с утра пораньше выскользнуть из дома.

Но я все-таки ее поймала, переплела косы и поправила платье, затем порывисто обняла – это было мое проявление сестринской любви. Лиззи тотчас же прижалась ко мне, затем уткнулась носом и засопела куда-то в мое плечо.

Наконец, отстранилась. Наверное, считала, что давно уже выросла и стала совсем большой, так что ни к чему ей все эти долгие нежности.

— Хорошего тебе дня, – произнесла я. – И не забудь позавтракать, а еще поменьше попадайся тете Азалии на глаза.

Кивнув, Лиззи поспешила из комнаты, тогда как я отправилась в соседнюю спальню. Ночью я вставала несколько раз, чтобы удостовериться, что с тетушкой Прим все в порядке. Признаюсь, каждый раз я с легким ужасом проверяла, дышит она или нет, – мне казалось, что тетя совсем уж слаба.