Книга Любовь и ненависть в Ровердорме, страница 67 – Оксана Гринберга

Он встретит ее в своем доме, где ей будет от него уже не скрыться.

* * *

Только вот красавица Мира Уилсон не думала сбегать ни от него, ни из «Кипариса», потому что на следующий день, когда прибыли гости, ее среди них не оказалось.

Из кареты на мраморное крыльцо «Кипариса» ступили четверо – супружеская чета и две девицы, с одной из них Тайлор оказался шапочно знаком. Он сразу же ее узнал – они были представлены друг другу на одном из приемов в столице, но в тот раз Илейн Уилсон не произвела на него должного впечатления.

Как, впрочем, и сегодня. Но деревня явно пошла Илейн на пользу – на ее впалых щеках появился румянец, да и цвет лица стал вполне здоровым.

Зато вторая девица…

Тайлор уставился на нее жадным взглядом, но уже через секунду понял, что не она.

Вернее, даже если она и была Мирой Уилсон, то не ее он встретил в лесу верхом на вороном скакуне, и не она стояла ночью возле кровати, осторожно прикасаясь к его руке нежными пальцами.

На девице было надето красное платье с вызывающим декольте, и Тайлор подумал, что пусть фигурой местная красавица и была хороша, но ее лицо…

На нем застыло требовательное выражение. Маленькие бегающие глазки под нависающими веками смотрели цепко и выжидательно, словно оценивали каждое его слово и движение, тогда как в голове гостья просчитывала варианты.

Тайлора не оставляло ощущение, что она лишь ждала выгодного момента, чтобы накинуться и… Судя по всему, у нее были откровенные брачные намерения.

Правда, незнакомка оказалась неглупа – еще на крыльце поняла, что Тайлор ею не заинтересовался, поэтому сразу же переключилась на Люка. Улыбнулась тому самой что ни на есть призывной улыбкой, после чего не сводила с него кокетливого взгляда.

Наконец, приветствия закончились. Настало время представления, и та девица оказалась вовсе не Мирой Уилсон. Ее звали Кейт Истром, на что Тайлор вздохнул с явным облегчением.

Это означало, что у него до сих пор оставались имя и надежда на скорое разрешение вопроса.

Пока же он пригласил Уилсонов и Кейт Истром проследовать в гостиную, где, устроившись на орехового цвета мягкой мебели, они завели непринужденный разговор. Перекинулись фразами о жаре в Ровердорме и о тряской дороге из Нимы – после Ольсена она становилась такой, что можно было растрясти всю душу.

Принесли угощение, и Персиваль Уилсон, явно не проспавшийся со вчерашнего вечера, поэтому выпадавший из беседы о погоде и дорогах, намекнул, что не отказался бы поправить пошатнувшееся здоровье, не обратив внимания на недовольный вид жены и просительный взгляд дочери.

Тотчас же рядом с ним возник вышколенный лакей, и лорд Уилсон подхватил с подноса рюмку с анисовой настойкой. Опрокинул в рот, затем залил туда же вторую, после чего попросил принести ему еще.

А лучше сразу целую бутылку.

Тайлор кивнул, и довольно скоро сосед погрузился в мир фантазий, принявшись рассказывать охотничьи истории, которые никто не слушал. Наконец, захрапел на софе, и Азалия Уилсон, смущаясь, попросила отвезти ее мужа в «Поющую Иву».

Персиваля Уилсона унесли, беседа продолжалась, и Тайлор наконец-таки задал интересующий его вопрос. Спросил у леди Уилсон, куда подевалась ее племянница Мира – он слышал о ней от местных.

И почему племянница не приехала вместе с ними, ведь он пригласил всех Уилсонов, отчетливо дав это понять в своем письме?