Книга Святоша, страница 237 – Оксана Гринберга

Но, помимо желания сопровождать Этара Хааса, было еще кое-что. Я чувствовала странную, необъяснимую связь с этим местом. Нет, не магия, а нечто более глубокое. Чем дольше здесь находилась, тем сильнее крепли незримые нити, выходящие из моего сердца и тянущиеся куда-то… Куда-то вглубь дворца, в место, расположенное за дубовыми дверями с охраной.

Тут мы наткнулись на Темного мага, сопровождающего Сайари в дальнюю нишу, где стояли наши напитки. Магистр Шаррез уставился на руку милорда Хааса, все еще сжимающую мою, хотя танец давно закончился и распорядитель созывал людей на новый. Лицо Темного мага скривилось, словно в его стакан с виски плеснули квас.

— Сайари, – неожиданно обратился ар-лорд к подруге, – не откажешься ли ты сопровождать нас с Лайне в небольшой прогулке по дворцу?

— Что?! – возмутился магистр Шаррез, но я посмотрела на Сайари умоляюще.

— Пожалуйста, – шепнула ей.

Ведь завтра мы уедем на Север, к моему деду, и… Кто знает, когда увижу Этара Хааса? Если Боги позволят, то через полторы недели, в Хольберге. Но ведь это же целая вечность!

— Конечно, – мило улыбнувшись, отозвалась подруга. – Буду только рада! Я многое читала про королевский дворец…

— Кто бы сомневался! – буркнул Темный маг, которому не предложили сопровождать нас в прогулке, но вместо этого Этар Хаас пообещал, что вернет нас в целости и сохранности.

Драконов тоже не взяли, к вящему их неудовольствию. Чтобы оно не перетекло в драку, мне пришлось сообщить магистру Вазу, что я сама, по доброй воле, отправляюсь на прогулку с милордом Хаасом и Сайари, но вскоре вернусь. Нет, ему нельзя пойти с нами. И не надо так смотреть, словно Боги лишили меня разума!

Или же все-таки лишили?

Охрану возле больших дверей миновали без заминки. Этар Хаас был вхож во дворец, а его отец и брат, оказалось, имели собственные покои в Западном Крыле. Ингор Хаас проживал во дворце постоянно, тогда как Роган переселялся на время, когда у Освара Тиринга стучались приступы подозрительности, и он видел вокруг одних врагов.

— Врагов у него много, – пояснил Этар Хаас. – Слишком много, и становится все больше. В Кемире неспокойно, Лайне! Но это уже не моя война…

Продолжать не стал, хотя мне было жизненно необходимо это услышать. Но тут, словно назло, мы столкнулись с группой придворных, проявивших большой интерес к милорду Хаасу и его спутницам. Этару удалось довольно быстро от них отвязаться, но, к моему сожалению, больше к той теме он не возвращался. Расспрашивать я не стала, боясь вызвать подозрения излишним интересом.

Дальше… Дальше был дворец. Сказать, что он великолепен, – не сказать ничего. От его красоты перехватило дух, так я и ходила, иногда вспоминая, что надо бы закрыть рот. Построенный из белого и розового мрамора, с чудесными хрустальными люстрами под потолком, стеклянными куполами, через которые виднелось усыпанное звездами небо, со стенами, покрытыми позолотой или тиснеными обоями, с искусной мозаикой на полу, настолько красивой, что казалось зазорным по ней ступать… Именно он был драгоценностью, жемчужиной всея Кемира.

Все же, несмотря на окружавшее меня великолепие, а также на галантное общество ар-лорда и поддержку Сайари, которая знала о дворце даже больше, чем Этар Хаас, мне становилось все больше не по себе. Странное чувство, вернее, тот странный зов… Он креп и чем дальше мы продвигались по огромным, пустынным залам, украшенным статуями и картинами Великих Мастеров, тем сильнее становился.