Книга Жестокие Игры, страница 127 – Оксана Гринберга

Именно он увез меня из поместья Орувеллов. Именно Нод Огли послал гонца в Бьорген с известием, что я жива и невредима, а затем спас от погони и доставил на земли Рэнделла. От него я узнала, что в том бою – вернее, в той бойне! – Крис был серьезно ранен, и его, все еще без сознания, старший Рэнделл переправил тайными тропами на Север, посчитав, что сыну слишком опасно оставаться в столице.

Всю дорогу до Бьоргена я надеялась, что Крис выживет. Молилась Богам – Темным, Светлым и даже Драконьему… Так долго молилась, что, в конце концов, и сама в это уверовала. Оказалось, не зря – Кристоф не только оправился от ран, но и приехал меня встречать. Спрыгнул с лошади, приказав своим людям оставаться на местах. Я смотрела, как он приближался. Шел по лугу, оставив позади замерших головорезов клана Рэнделлов, чуть прихрамывая, чуть прижимая к боку левую руку. В мою же спину нервно сопели Огли, враги Рэнделлов вот уже пятое десятилетие, ожидая, какой будет наша встреча.

Боги, он идет, а я сижу на лошади, словно каменная!

Кое-как стекла вниз с одолженного Шоуном Орувеллом жеребца, затем побежала навстречу Крису, чувствуя, как промокший подол хлещет по ногам и как скрипит схваченная утренней изморозью земля. В голове лишь одна мысль – добралась!

Позади – четыре сумасшедших дня и четыре ночи погони. Мы спали урывками, ели из скудных запасов Огли, стараясь как можно скорее доехать до северных земель. Люди Орувелла превосходили нас не только числом. В их отряде, похоже, были опытные маги. Как бы тщательно Нод Огли ни сбивал их со следа, какие бы магические ловушки я ни расставляла, мы не могли избавиться от дышащего в спину врага. Они шли за нами до тех пор, пока Огли не свернул в топи Гор-Седара. Именно там, в гиблых северных болотах, нам удалось оторваться от преследователей.

Я понимала, что ненадолго. Орувелл будет искать меня, пока не найдет. Он знал, что я отправилась на Север, значит скоро явится за мной на земли Криса Рэнделла, на земли Нода Огли, на земли Дейка Макдуаэлла, на земли Дункана Доурса – где бы я только ни пряталась! И будет убивать, сеять хаос и разрушение, пока не доберется.

Размышляла об этом по ночам, лежа возле костра, укутанная в теплый шерстяной плащ – одежду для меня Огли достал у дочки знакомого трактирщика, к которому мы завернули по дороге. Ненадолго, но этого хватило, чтобы я обзавелась коричневым платьем и новыми сапожками. Еще думала отправить письмо лорду Шаррезу, но Огли воспротивился. Заявил, что столичным доверять нельзя, а Гридар – так вообще гнездо порока и разврата. В чем-то он был прав… Судя по рассказанному Гленном Орувеллом, это было настоящее змеиное гнездо, в котором шипели, извиваясь, ядовитые кобры.

Ильсару все же писать не стала, решив, что простому посыльному не добраться до неуловимого ректора Академии Магии, обладающему, к тому же, сквернейшим характером. А вот брату… Написала два письма – Арно и Михасу Рэнделлу, выложив все как на духу. Имена и должности тех, кем хвастал Орувелл. Запечатала, выпросила у Огли несколько монет, пообещав отдать в Бьоргене. Я надеялась, что посыльный доставит мои письма и кто-то из адресатов сможет передать их королеве.

И мы поехали дальше, с каждым часов все дальше забираясь вглубь Северной провинции. Трясясь в седле, я думала о Крисе Рэнделле и о том, как он меня встретит. Что ему скажу? Как извинюсь за то, что пыталась с его помощью заставить ревновать Ильсара Шарреза? Если он простит, то… Мне надо сообщить ему, что передумала и не собираюсь возвращать браслет. Тут сердце начинало биться сильнее, в голове судорожно метались мысли, а сжимающие поводья ладони потели, слово я – первокурсница, влюбившаяся в первый раз, только вот уже не в господина ректора.