Книга Газолин, страница 38 – Виктория Голубева

Смотрю на Хантера и краснею до корней волос. На губах вкус, будто от украденного поцелуя.

— Прости… Перепутала, – смущенно улыбаюсь я. Мне так неловко. Ну почему я всегда попадаю в дурацкие ситуации!

Хантер хмыкает, берет стаканчик и делает глоток, не отрывая от меня взгляда.

Дыхание перехватывает.

Так, успокойся, ничего такого не происходит.

Чтобы скрыть смятение, отвожу глаза и беру отчет об аварии. Листаю до страницы с анализом телеметрии – график точно такой же, как и у Хантера в телефоне. Ставлю две отметки на временной шкале и подписываю: «Передача» и «Бромли».

— В отчете тот же вывод, – киваю я деловито, будто ничего необычного не произошло. – И графики здесь такие же. Спасибо за помощь.

Нужно признать, что аргументы Хантера звучат убедительно. Похоже, первую версию – о том, что Роба задела машина, шедшая следом, – придется вычеркнуть.

Закрываю отчет и спрашиваю:

— А ты почему еще на работе? Уже ведь поздно. – Великолепная смена темы, Сиена, просто блеск. Но, как назло, ничего лучше в голову не пришло.

— Ты не поверишь, но я тоже изучаю телеметрию прошлых гонок Роберта, – усмехается Хантер невесело. – Пытаюсь понять, что делаю не так.

— Ты делаешь что-то не так? – переспрашиваю я, не улавливая смысла. – Ты же финишировал четвертым в прошлые выходные. По-моему, ты все делаешь, как надо.

— Нет. – Хантер качает головой. – Я еду на машине Роберта, той самой, что принесла ему две победы подряд. А я лишь четвертый. Значит, что-то делаю не так, – упрямо повторяет он.

— Ты слишком строг к себе. Роб тоже не сразу поехал. Болид «Меркурия»… – подбираю цензурную версию того, что именно говорил брат о машине после перехода в эту команду, – особенный. К нему нужно приноровиться. Ты бы слышал, как Роберт ругался после первых тренировок! – фыркаю я, вспоминая, как Роб кричал в трубку, что переход в «Меркурий» – худшее решение в его жизни и лучше бы он пошел работать водителем автобуса.

— Роберт тебе многое рассказывает, да?

Конечно, он же мой брат. Ближе него у меня никого нет. Но вслух этого не произношу.

— Кое-что, – уклончиво отвечаю я. Хантеру ни к чему знать о наших с Робом отношениях. Я делаю паузу и задаю вопрос, мучивший меня всю последнюю неделю: – Если… когда Роберт вернется, ты будешь готов отдать ему машину?

Хантер пронзительно смотрит на меня, уже готовый что-то сказать, но его прерывает звонок. Он достает телефон из кармана и, нахмурившись, смотрит на экран.

— Прости, я должен ответить, – говорит он, вставая из-за стола. Идет к лестнице и уже на ступеньках принимает вызов. В моторхоуме тихо, и я различаю голос. Женский.

— Что ты хочешь? – спрашивает он холодно и замирает на середине лестницы, вслушиваясь в ответ.

— Что значит – он с тобой? – В голосе явное раздражение, а акцент становится настолько сильным, что я с трудом улавливаю слова. – Мы оба знаем, он тебе не нужен. Тебе нужен я и…

Продолжение фразы не могу разобрать – похоже, Хантер зашел куда-то и закрыл дверь, но ненадолго: уже через пару секунд он снова появляется на лестнице с рюкзаком за спиной.

— Где вы сейчас? – недовольно уточняет Хантер. В ответ я снова слышу женский голос. – Понял. Сейчас все организую. Никуда не уходите.

С этими словами он пулей вылетает из моторхоума и стремительно направляется к парковке.