Книга Девушка из книжного переулка, страница 56 – Анна Либерти

Катя наклонилась ещё ближе, так, что только лишь по движениям губ можно было догадаться, что она произнесла. Отпрянув, она пристально посмотрела в его растерянные глаза, пытливо ожидая его ответа.

— Обещаю.

Стены комнаты заливал золотистый свет уходящего солнца, на мгновение окрасившего небо в оранжево-лиловый цвет, перед тем как скрыться среди кровель зданий. Довольная таким ответом, она кивнула и снова дотронулась до книги…

Стемнело. Настенные часы мерно выстукивали каждый свой шаг, и с каждым ударом всё больше таяла надежда. Наконец они совсем затихли, и звенящую тишину разрезал обиженный плач ребёнка.

Никита окончил рассказ и посмотрел на Миру. Девушка сидела, отвернувшись к окну, и задумчиво смотрела на с шумом проезжающие по мокрым дорогам машины. Он понимал, сейчас она переживает не только услышанную историю, но и какую-то свою, личную. Возможно, её он тоже когда-нибудь услышит.

— Уже поздно, – взглянув на часы, заметил Никита.

— Да, прости, – повернувшись к нему, Мира поднялась с кресла. – Ты из-за меня задержался. Спасибо, что рассказал.

— Всё в порядке. Я провожу тебя до дома, – с улыбкой сказал Никита, а затем, усмехнувшись, добавил: – Ты ведь далеко от магазина живёшь, рядом с парком?

Растерянность и смущение, отразившиеся в её глазах, заставили его улыбнуться.

— Не переживай! Я знаю, что ты тогда сказала неправду.

— Как ты понял? – глядя в пол, спросила она.

— У тебя всё на лице написано. Вот! Даже сейчас вся краской залилась.

— А перемещения в прошлое действительно опасны? – задумчиво спросила Мира, когда они вышли на улицу.

Никита внимательно посмотрел на неё. Она не повернулась. Шла и глядела себе под ноги, спрятав руки в карманы.

— Сложно сказать наверняка, – он замолчал, подбирая верные слова. – Я никогда не использовал их. Никто не использовал, пока не появился Марк. Профессор как узнал, что случилось с Покровскими, сразу закрыл проект и больше никому не позволял даже думать о том, чтобы возобновить работу. Те, кто тогда были в команде, рассказывали мне, как тяжело он это переживал. Несколько лет даже прожил за границей. Не мог находиться в Питере. Ему здесь всё напоминало о них.

Мира молчала, но Никита знал, что она его слушает. Ей было мало такого ответа.

— Мы недавно забрали из квартиры записи, посвящённые проекту. Из того, что я успел уже прочитать, можно сделать лишь один вывод – всё имеет свою цену… Знаешь, они проводили один интересный эксперимент: оставляли надписи, прятали в определённые места предметы во время перемещений. Когда возвращались, всё было как прежде. Надписи исчезали, вещи возвращались на свои места. Время стирало любые следы их присутствия. Вопрос лишь в том, насколько серьёзные вмешательства оно может залечить и как это потом отразится на настоящем.

— Зачем же тогда так рисковать и использовать кулоны?

— Благодаря полученным с помощью кулонов сведениям профессор Краев стал известен, получил признание, должность.

— А Марк?

Никита поджал губы, что, похоже, не ускользнуло от взгляда Миры. Пауза затянулась, но нужно было что-то сказать. Желательно правду.

— Я не знаю. Но, думаю, его не деньги привлекают.

Мира шла, молчала, глядя на размякшие от дождя листья, неприятно скользившие под ногами. Им оставалось только пройти до конца улицы, и вот уже была видна арка, ведущая во внутренний двор дома.