Книга Девушка из книжного переулка, страница 109 – Анна Либерти

— Что у тебя случилось?

Голос Лёши звучал устало, бесцветно, но всё же Марк точно знал – он его слышит.

— С чего взял, что что-то произошло?

— Разве ты обычно звонишь мне без повода?

Марк хотел ответить что-то грубое, но промолчал, закусив губу. Дядя был прав, да и время для ссор неподходящее – ему действительно предстояло просить его о помощи.

— Ты прав, прости. Я по делу звоню. Мне нужна твоя помощь, и, кроме тебя, я больше ни к кому не могу обратиться.

— Племянник, да ты либо наконец-то повзрослел, либо случилось что-то действительно серьёзное, раз ты заговорил подобным образом!

— К сожалению, второе, – тихо проговорил Марк. – Похоже, я его нашёл… Но нужно убедиться наверняка.

В ответ давящее молчание. Он понимал – расспросов не будет. Лёша знал, что подобными словами Марк никогда не стал бы раскидываться просто так, а потому, выдержав паузу, спросил:

— Что нужно сделать?

— Сходить на встречу. Я пришлю контакты.

— Будешь проситься со мной? – напряжённо спросил Лёша.

— Нет. Мне нельзя идти.

Марк облегчённо вздохнул. Он не ошибся. В этом разговоре не было ни одного лишнего слова. Всё читалось между строк и ещё больше давно хранилось в сердце, безмолвно крича болью.

Время тянулось, словно вечность. Минуты превращались в часы, а дни в недели, искажаясь в бесконечных метаморфозах и постепенно сводя с ума. Казалось, будто окружающий мир далеко убежал вперёд, и лишь для Миры время остановилось. Она снова вернулась к той привычной действительности, в которой существовала долгие годы, но теперь ей и здесь не было места. Испытав на себе безудержный бег мгновений, с головой окунувшись в череду событий и теперь лишившись этого, она медленно задыхалась.

Первые дни Никита пытался до неё дозвониться, писал, но потом отступил. Возможно, с головой погрузился в собственные заботы или просто решил дать ей время. Внутри ещё теплилась надежда, и воображение рисовало перед ней счастливые картинки будущего, но Мира знала, что не может себе этого позволить, не должна. Не ценой счастья других. Даже если бы Никита попытался убедить её в обратном, она твёрдо решила не отступать. И всё же она боялась предстоящего разговора с ним.

Белый лист… Мира просидела над альбомом всё утро, но так и не смогла вытянуть из себя ни одного образа. Внутри было пусто, и рука бесцельно водила, рисуя бесформенные очертания, пока совсем не остановилась.

В последнее время Мира часто впадала в некое подобие оцепенения: подолгу сидела без движения – лишь едва-едва приподнимались плечи при редком вдохе – и смотрела куда-то пустым взглядом. А потом резко вставала и шла перебирать книги или в сотый раз поливать цветы, которые от такого обилия влаги начинали понемногу загнивать. Прогулки уже не приносили былого удовольствия, а всё чаще появляющееся на февральском небе солнце лишь слепило глаза, вынуждая закрывать жалюзи.

В тот день тоже было такое солнце…

Мира подошла к окну. За спиной послышался звон колокольчика. Мгновение тишины… Тихие шаги. Ей не нужно было видеть, она сразу поняла, что это он. Теперь Никита стоял прямо за её спиной. Мира думала, что он окликнет, начнёт уговаривать, просить, требовать. Боялась, что будет сердиться. Но он молчал и терпеливо ждал.

Сделав глубокий вдох, затолкав все чувства далеко внутрь себя, Мира обернулась и в изумлении замерла, потому что… Никита улыбался.