Книга Поднебесный дворец, страница 41 – Филиппа Райс

Ивни снова потупила взгляд. Под ногами был гладкий больничный пол. Ей вспомнилось лицо Бабуси, когда та увидела ее. Бабуся выглядела глубоко озабоченной, даже потрясенной. До того момента Ивни шаталась по городу, как в забытьи, как будто ничего не произошло. Тревога Бабуси заставила принять всамделишность случившегося.

— Бабуся… Вообще-то, ее зовут Грейс Гоггинсворт, но все зовут ее Бабусей. Ты, наверное, тоже ее знаешь? Она меня спасла. Взяла к себе. Раньше мы приходили к ней с отцом. Ночевали у нее, прежде чем отправиться обратно домой. В тот раз я осталась насовсем. Бабуся накормила меня, переодела в сухое и отправила спать. Сходила на почту позвонить в городскую стражу и сообщить, что деревня исчезла. Всем – Бабусиным клиентам, подругам и торговцам – было любопытно, что случилось, но мне не хотелось ни говорить, ни слушать об этом, если только у людей не было никаких новостей. А их не было. Я не смогла ни похоронить родных, ни поставить им памятник, ничего в этом духе. Хотя должна была. Мне было тяжело, и я старалась об этом не думать, но это неправильно.

Мастер-заклинатель лежал неподвижно, как и прежде. Его грудь едва заметно поднималась и опускалась.

— Мне даже не пришло в голову поискать других знакомых. Клиентов, гостей. Тебя. Прости, Сэм Лимонный Чай, мне следовало разыскать тебя раньше.

Ивни остановилась. Слезы тоже. Ее глаза устали плакать, все чувства как будто растратились. Она сидела молча, вспоминая. Приподняла плечи, вздохнула и снова опустила их. Ощущения были как при болезни. Интересно, слышал ли Сэм Лимонный Чай хоть что-то о ее деревне?

Ивни решила, что пора уходить, но вдруг мастер-заклинатель приподнялся и сел. Его налитые кровью глаза с огромными зрачками широко раскрылись и уставились куда-то вдаль.

— Ивни Тридл. Они ищут тебя, – прошептал он и снова упал на кровать. Глаза закрылись, ладони сжались в кулаки.

Ивни задрожала. Что это было? Смятое одеяло подтверждало, что ей не почудилось. Хриплый голос мастера-заклинателя как будто до сих пор эхом раздавался в палате. О ком он говорил?

— Кто меня ищет? – тихо спросила Ивни, разглаживая одеяло. Но мастер-заклинатель молчал и не двигался. – Сэм! Сэм Лимонный Чай! Мастер-заклинатель! – закричала Ивни.

Ответа не было. Лишь тишина. Вздохнув, девушка покачала головой.

«И что мне с этим делать?»

Вдруг мастер-заклинатель снова резко поднялся.

— Ивни, прости. Я должен защитить принцессу, – произнес он и вновь опустился на койку.

Ивни осталась сидеть у койки мастера-заклинателя, ожидая, что он скажет что-нибудь еще или хотя бы как-то отреагирует, а ее собственные разорванные на клочки эмоции улягутся. В конце концов появилась уже знакомая женщина-врач и попросила Ивни уйти.

Ивни ушла. Она была потрясена. Мысли коверкались и никак не собирались во что-то осознанное. Сэм Лимонный Чай. Теперь она не могла покинуть Дворец, пока он не очнется. Нужно поговорить с ним начистоту. «Я должен защитить принцессу», – сказал он. Защитить от дракона с помощью плаща? С помощью заклинания? Или защитить от заклинания? Ивни шагала, толком не думая куда.

Она шла, потеряв счет времени, пока наконец не остановились в просторном зале с высоким каменным потолком. Радужные лучи пробивались сквозь витражные окна. По обе стороны выстроились мраморные статуи людей с головами животных. В зале никого не было. Издалека доносилось тиканье часов. Оглядевшись в поисках ориентиров, Ивни заметила прибор на стене. Вокофон. В первый же день ее пребывания во Дворце кто-то звонил ей по вокофону. Может, с помощью этого прибора удастся дозвониться до Фантаччи? Этот вокофон не был похож на те, которыми Ивни доводилось пользоваться прежде. Она привыкла, что у них была клавиатура с буквами, но у этого оказалось всего пять кнопок с символами. Посередине кнопка с короной, над ней кнопка с полумесяцем, внизу – с ромбом, слева – с ножницами, а справа – с ложкой.