Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 68 – Дана Свифт

Мне удается вдохновить Фаррен на создание золота, и она демонстрирует свои способности, сделав то, что мы называем «пустышкой», – гладкую металлическую трубочку, которую малыши могут использовать как соску или игрушку для жевания. Это изделие привлекает внимание дракончиков, и они стремительно направляются к нам. Нити успокаивается, позволяя нам немного поиграть в нянь.

После тщательного осмотра и ряда тестов, проведенных Фаррен, мы убеждаемся, что детеныши здоровы. Старший и элой – мальчики, а младший, с серебристым отливом, – девочка.

— Как их зовут? – спрашиваю я, осознавая, что мысленно окрестил их просто золотом, элоем и серебром.

— Ты думаешь, я уже составила какой-то список имен?

— А разве нет?

— Мои родители сказали, что нужно подождать. Мы все очень волновались, когда яйца не вылуплялись в первые месяцы, и даже решили, что дети уже не появятся.

— Но? – подталкиваю я.

Она смеется:

— Ладно, ладно. Я хотела девочку и планировала назвать ее Ория. Вот только мои родители оказались правы: мне стоило подождать.

Маленький серебряный дракон снова забирается мне на грудь.

— Думаю, это отличное имя.

— Мёрфи, я не собираюсь называть дракона с серебряной чешуей именем, означающим «золото»^[3].

Ория карабкается по моему плечу.

— Она преодолела свое золотое яйцо. Это будет символично. – Я наклоняюсь, чтобы взглянуть на малышку, которая теперь пытается забраться мне на голову. – Ория, что скажешь? – Дракончик воркует, используя мое ухо как ступеньку, чтобы покорить холм, который представляет собой мое тело. – Видишь?

— А как ты предлагаешь назвать этого? – Фаррен держит золотого мальчика. – Зилар?

Она выбрала одно из самых распространенных мужских имен, означающих «серебро»^[4], и мне это нравится.

— Звучит довольно неплохо.

— У твоих детей однажды будут довольно странные имена, не так ли?

— Возможно, моя будущая жена составит более длинный список на выбор.

Сено летит в мою сторону, но падает на полпути, прямо на малыша-элоя, который невозмутимо жует золото.

Мы одновременно смотрим друг на друга и кричим в унисон:

— Электрум!

Фаррен, заливаясь смехом, падает на землю.

— Вот это уже совсем плохо.

— Согласен, банально, но он ведь в буквальном смысле сплав^[5], – оправдываюсь я, хотя на самом деле мне просто приятно, что мы одновременно придумали эту шутку.

— Мы ужасные родители, – всхлипывает она с пола пещеры.

В этот момент все мое существо наполняется светом, словно я проглотил солнечный луч. В глубине души я даже злюсь на нее из-за нашей сделки. Ведь Фаррен – это Фаррен, и мне придется контролировать свои чувства, если мы хотим оставаться друзьями. А я подозреваю, что после этой ночи мы действительно ими станем. Или, возможно, скорее сородителями? Нет, все же именно друзьями. Я всегда мечтал об этом и непременно справлюсь.

Это самая потрясающая ночь в моей жизни. Позже Фаррен укладывается, обняв Зилара, а я удобно располагаюсь напротив с Орией, позволяя ей устроиться у себя на груди и предостерегая от повторения инцидента.

«Как только дождь утихнет, я вернусь на чердак». Это обещание звучит в моей голове снова и снова, но никогда прежде я не обманывал себя с такой легкостью. Прежде чем я успеваю это осознать, Фаррен уже дремлет. Рядом с ней, свернувшись клубочком, устроился золотой дракон, а серебряный мирно спит под моим одеялом.