Книга Тысячи испытаний, страница 119 – Тан Ци

Перед тем как заснуть, богиня света немного поразмыслила о произошедшем. Ей вспомнились распространившиеся несколько дней назад слухи об ухудшении состояния Е Хуа. Тогда она спрашивала Тянь Бу, и та сказала: слухи распустили по приказу третьего принца, чтобы кое-кого проверить… Значит, Лянь Сун и Тянь Бу хотели узнать, явится ли та девушка? Подумав об этом, богиня света решила, что ее это не касается. Скорее всего, это часть замысла третьего принца, и ее безрассудное вмешательство только навредит. Да и они с братцем Лянем поссорились, так с чего бы ей думать о его делах?

Хотя Цзу Ти и решила не вмешиваться, в конце концов любопытство взяло верх, и следующей ночью она снова осталась в зале Покорения волн.

Предчувствуя, что девушка снова придет ночью, маленькая богиня света превратилась в черную бабочку и спряталась в резном оконном переплете во внутренних покоях наследного принца.

Сделала она это очень удачно, и Е Хуа ее не заметил.

Поскольку наследный принц, не терпевший суеты вокруг, отослал служанок, в покоях было очень тихо. Е Хуа, высидев в воде с лекарственными травами положенное время, вышел из комнаты для омовения, немного почитал при свете лампы и, в конце часа Собаки погасив свет, спокойно лег спать.

После того как наследный принц уснул, Цзу Ти прождала еще около часа и наконец ощутила, как в воздухе разливаются чары сна.

Когда весь зал Покорения волн окутало заклятье, во внутренних покоях начали загораться светящиеся жемчужины, и в этом сиянии вновь появилась девушка с ее юным племянником.

Темноволосая гостья, на этот раз облаченная в белые одежды, неспешно и плавно подошла к ложу наследного принца. В руках она держала веер. Цзу Ти наконец смогла разглядеть незнакомку. И затаила дыхание.

«Какая же она красивая!» – восхитилась богиня света про себя.

Девушка действительно была прекрасна, ее лицо поражало совершенством черт. Особенно хороши были глаза: внутренние уголки чуть опущены, внешние – чуть приподняты, взгляд слегка затуманен – будто смотришь в темные воды, над которыми склонились нежные весенние цветы, – зрелище редкой красоты и полнейшей безмятежности. Особенной у гостьи была и манера держаться: в каждом движении, в каждом жесте сквозило необычайное изящество.

Маленькая Цзу Ти изначально относилась к незнакомке с некоторой настороженностью, но увидев, как прелестна девушка, немного расслабилась.

Гостья присела у кровати принца и прижала пальцы к его запястью.

— Сегодня его пульс гораздо ровнее, чем раньше…

Она подняла голову и сказала сопровождавшему ее румяному белокожему юноше в синем одеянии:

— Дадим белую пилюлю.

Тот кивнул, достал нефритовый сосуд и вытряхнул из него пилюлю. Пока он этим занимался, девушка извлекла из воздуха ступку с пестиком, прокусила палец, капнула несколько капель крови в ступку и передала ее юноше. Он бросил пилюлю в ступку и, принявшись толочь лекарство, произнес:

— Судя по тому, что мы видели прошлой ночью, его высочество уверенно движется к выздоровлению, слухи об ухудшении его состояния – всего лишь слухи. Если так подумать, вам, тетушка, уже не нужно приносить ему лекарства…

Девушка достала шелковый платок и небрежно вытерла кровь с пальца.

— Взялся за дело – доведи до конца. Надо быть последовательной.