Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 243 – Ши Цзин

Чжан Чжэ нахмурился, не ожидая застать посторонних в собственной камере, а сообразив, кто перед ним, и вовсе остолбенел. В его взгляде вспыхнула искра досады и гнева, которые он привык сдерживать.

— Что вы здесь делаете?

Заданный в порыве волнения вопрос прозвучал на удивление резко. Цзян Сюэнин не знала, что ответить, и замерла у порога.

«Я-то ладно, а вы что здесь делаете?» – пронеслась в ее голове смутная мысль. Но барышня не произнесла ни слова и молча смотрела перед собой.

Чжан Чжэ ощутил прилив беспричинной ярости и огляделся в поисках укрытия. Мятежники Небесного учения напали на темницу, а ему поручили важную миссию. И вот посреди этого ужаса оказалась Цзян Сюэнин, хрупкая и слабая барышня. Если оставить ее без защиты, кто знает, что с ней случится? К тому же… разве он мог подвергнуть ее жизнь опасности?

— Внутрь!

Не тратя времени на объяснения, Чжан Чжэ затащил ошеломленную девушку вглубь камеры. Бросив на пол связку ключей, он схватил с лежанки одежду.

— Раздевайтесь!

Не веря своим ушам, Цзян Сюэнин уставилась на Чжан Чжэ и не двинулась с места. Тот окончательно разозлился: обычно эта барышня вела себя куда сметливее, а сейчас вдруг оцепенела. Шум приближался, и медлить было нельзя. Чжан Чжэ сорвал с нее плащ и верхнее облачение, накинул на плечи грубую мужскую одежду и туго затянул пояс на тонкой талии. Теперь прическа. К счастью, перед тайным визитом в темницу Цзян Сюэнин нарочно не стала укладывать волосы в сложную прическу и перехватила их скромной шелковой лентой. Чжан Чжэ собрал их в мужской пучок. В холщовой одежде девушка казалась крошечной: подол почти лежал на полу, а широкие рукава свисали чересчур низко, скрывая кисти рук. Она смотрела на Чжан Чжэ как послушный котенок, хлопая ресницами. В эту опасную ночь ее бледное, не тронутое румянами лицо казалось неуместно красивым и вызывающе притягательным.

Опустив руки, Чжан Чжэ увидел это лицо и устремленный на него взгляд, пристальный и сосредоточенный. Цзян Сюэнин хотела спросить, что происходит, но мужчина уже отвел глаза, смахнул со стены налет копоти и на мгновение замер, сжав губы в тонкую нитку.

— Прошу прощения, – проговорил он и размазал грязь по лицу девушки.

Невысказанный вопрос комом застрял в горле Цзян Сюэнин. Ладонь Чжан Чжэ была шершавой и грубой. Барышня чувствовала, как мозолистые подушечки пальцев скользят по ее нежной коже, оставляя сухой теплый след. Тело отзывалось на прикосновения мелкой дрожью. Вскоре лицо девушки почернело от копоти. Ее красота не исчезла, просто теперь меньше бросалась в глаза. С некоторой натяжкой барышня вполне могла сойти за узника, разве что была слишком хрупкой.

Между тем мятежники Небесного учения, ворвавшиеся в тюрьму, уже добрались до дальнего коридора. Словно зная дорогу, они устремились к двери последней камеры. Их было немало. Впереди шли несколько человек в арестантских робах и с клинками в руках. Их лица скрывались за черными повязками, так что виднелись только глаза, полные беспощадной решимости и холодной угрозы. Увидев Чжан Чжэ, они обратились к нему как к своему человеку:

— Где господин Гунъи?

— Я проверил: его нет в темнице, – ответил Чжан Чжэ. – Похоже, это ловушка, расставленная дворцом. Нельзя терять время. Уходим, пока не поздно.