Книга Переводчица. Украденная репутация, страница 63 – Вера Вильсорова

— Более чем! Отправляйтесь на пост.

Когда дверь закрылась, я чуть выждала и с улыбкой сказала:

— Какие заботливые у вас сотрудники. Продолжим?

— Нет, – вдруг сказал Стахнович и сложил руки за спиной. – Я передумал. Виолетта, прошу меня извинить!

— А как же перст судьбы и прочие высокие материи? – я резко поднялась и одёрнула юбку платья. – Сказали "А", говорите "Б"!

Он закинул голову и долго смотрел в потолок.

— Хорошо, но не здесь. У вас будет время завтра в 15 часов?

— Да, – быстро ответила я и тут же прикусила себе язык: кто меня завтра отпустит с работы? Не подговаривать же Анну Викторовну в университете! И как быть с ежевечерним отчётом у Лены в шесть часов. Нет, завтра мне никто вольную не даст. Ещё бы сегодняшние дела успеть разобрать, а я так опрометчиво соглашаюсь на встречу со Стахновичем. Предчувствие не обмануло – стеклянный коридор "Атэм" ведёт меня в лабиринт.

— Предлагаю встретиться завтра в "Галерее Константиновского", она так и называется. – продолжал Борис Сергеевич. – Здесь, недалеко. Почти через дорогу. Вы сможете прийти?

— Конечно!

— Вот и отлично, – он достал небольшую дорожную кожаную сумку и кинул туда смятый белый халат. – В этих стенах я ничего говорить не собираюсь. А там… и народ будет, и тема моя любимая: "Вдохновение немецким романтизмом". Как вам, Виолетта?

— Борис Сергеевич, я страшно далека от немецкой культуры.

Покинув офис "Атэм" я долго шла, почти не разбирая дороги. Вниз, по улочке, пока не увидела уютный сквер. Он почти пустовал в это время дня, и найти свободную скамейку не составило труда. Я уселась в тени под рядами из высоких лип, вдохнула полной грудью и начала обдумывать свои дальнейшие шаги. Чего я только ни ожидала в свой поход к Стахновичу: и то, что он выгонит меня с порога (даже не он – секретарша или охрана), то, что он посмеётся мне в лицо, если бы я рассказала, зачем пришла на самом деле; и самое плохое в моих чёрных измышлениях, – он бы мог бы стать последним человеком, кто видел меня живьём. Из-за каких-то бумажек? Почему бы и нет – убивают и за меньшее.

Но то, что случилось в его кабинете… не вписывалось ни в одно представление. Его полупустой кабинет, который как будто готовили к ремонту или для другого сотрудника, его фраза "сделать для компании что-то полезное напоследок" и наконец его просьба встретиться со мной вне стен "Атэм" для беседы как с журналисткой.

Я устала. Ничего не случилось, а я устала. Достала из сумочки телефон и увидела кучу непринятых от Лолиты. Пара СМС от неё же: "Как дела?" и спустя десять минут очередное – "КАК ТЫ???"

Время близилось к трём. Консультация, должно быть, в самом разгаре. Я набросала сообщение в ответ: "Всё хорошо, но ничего не закончено".

Только я отправилась на поиски свободного такси к небольшой парковке перед сквером, как зазвонил мобильный.

— Ты в порядке? Как всё прошло? – Лола говорила громким шёпотом.

— Да, всё отлично. Как дела в универе? Меня не потеряли?

— Нет, я сказала, как ты и велела: неважно себя чувствуешь, после работы сразу едешь домой. Анна Викторовна пожелала тебе скорее прийти в норму.

— Хорошо, хорошо, – я спускалась по гранитным ступеням и пыталась найти глазами машину с жёлтыми "шашечками".

— Рита, так что произошло-то? – нетерпеливо потребовала подруга. – Я тут вышла минут на пять, поэтому расскажи хотя бы коротко.