Книга По следам, страница 135 – Валерия Арвен

Мой палец замер на спусковом крючке. Впервые я не могла нажать на долбанный курок! Он — отец Дина. Какой-то древний инстинкт сжимал мою грудь, не давая сделать последнее движение. Это не нормально.

Но тут же другая часть меня, холодная, ядовитая, зашипела в ответ:

— А то, что он сделал с тобой, нормально? Он убил твоего отца. Размазал его кровь по асфальту. Оставил тебя ОДНУ.

Я снова посмотрела на Дина.

И все внутри оборвалось. Никакого шока. Никакой растерянности. Только чистая, беспощадная злость в его глазах.

— Дин... — его имя сорвалось с губ само, хрипло, почти молитвенно.

Но не успела я произнести и слова, как раздался выстрел, а за ним и еще несколько. Инстинктивно я нажала на курок, направив пистолет в сторону, где находился Аверно.

Он рухнул на пол, как мешок с костями. Хрип. Бульканье. Его пальцы скребли паркет, тянулись к Дину, но тот лишь смотрел на него. Потом он медленно, заторможенно поднял глаза на меня. И в них не было ни боли, ни ярости. Только лёд.

— Э... Народ, в вашу сторону направляется примерно десять вооруженных людей, — проговорила Катерина, и мы с Андреем переглянулись. Сейчас будет жарко.

— Анна, уходите, — резкий голос Александра прозвучал в моей голове. — Катерина, задержи их как-нибудь. Но если почуешь угрозу — уходи.

Ответ я уже не слышала.

— Аня, — мое внимание привлек Михаил. Он держал руку на животе, его пальцы окрасились красным. — Нам нужно ехать.

Нет. Нет. Нет!

Я последний раз оглянулась на Дина. Он стоял, как призрак, его глаза пусты, взгляд прикован к ране Михаила.

—Держись, — шепчу я, но слова теряются в гуле адреналина.

Вместе с Андреем мы подхватили Михаила под свободную руку, и я почувствовала, как его тело предательски слабеет. Мы вышли через эвакуационные лестницы под инструктаж Александра. Возле черного входа нас ждала машина с охранником.

— В больницу, срочно! — мой голос сочился отчаянием. — Все будет хорошо, ты только держись.

Быстрым движением я сообщила Александру, что Михаила подстрелили.

— Анна, — его пальцы вцепились в мои. Холодные. Слишком холодные. — Я… люблю тебя. Береги себя, — он взял мои руки, и я прижала их к его ране.

— Все хорошо, молчи. Береги силы. Нам с тобой еще праздновать нашу месть, — я вгляделась в его бледное лицо, и мое сердце сжалось. Я не могла его потерять. — давай быстрее.

— Я стараюсь, мисс.

— Все будет хорошо… Все будет хорошо…

Мои губы шептали это снова и снова, как заклинание, как молитву, как последнюю надежду.

Я снова обратила свое внимание на Михаила, но его глаза были закрыты.

Нет…

— Миш... — голос сорвался, превратившись в хриплый шепот. — Открой глаза. Пожалуйста. ОТКРОЙ ГЛАЗА!!!

Трясу его за плечо — тело слишком обмякшее, слишком безжизненное.

— Ты же обещал... — задыхалась я, вцепившись в его куртку. — Обещал, что всё будет...

На моих глазах появились слезы — они катились по щекам без разрешения, без контроля, горячие и соленые, смешивались с его кровью на моих руках.

Машина резко затормозила у нашего дома, где скорее всего уже ждал наш врач.

Двери распахнулись.

Но в моей голове — только тишина.

Мой «любимый» отец, видимо, был крайне доволен нашей последней встречей, раз отправил в мою квартиру своих шакалов. Я только распахнул дверь, как на меня накинулись Молчун и Молодой. Двое в слишком идеальных костюмах уже схватили меня и поволокли к лифту. Я даже не пытался освободиться. Антонио хочет меня видеть — значит, так тому быть.