Книга Мама для дочки бирюка, страница 31 – Елена Архипова

— Если хоть одна живая душа в деревне об этом узнает, я твоего сыночка Валерика так ославлю, что ему мало не покажется!

— Иди давай отседова! Валерика она моего ославит! Ишь, чего удумала, а! — неслось Любке в спину. — Да кто тебе поверит-то, Мата Харя ты наша! Смотри, чтоб тебе самой потом не прилетело так же, как той, прости хоспади, прошмандовке!

Любка скрылась в первом же проулке, вылетела на соседнюю улицу и уже там, где её не видели ни тётка Зина, ни Антиповна, ни её белобрысая внучка, пошла спокойно.

Понятно, что завтра, а если бы не надвигающаяся гроза, то уже и сегодня, каждая собака в деревне будет знать о том, что её бросил Бирюк. Не просто из нянь разжаловал, а именно бросил!

— А что это за бумажку он там в руке держал? — Любка, вспомнив свернутый в трубочку белый лист в руках Павла, даже остановилась, встав как вкопанная. — Неужели договор на работу?

Любка вспомнила, что буквально несколько месяцев тому назад, когда её саму Павел нанимал на работу в качестве няни, она подписывала договор. Она ведь тогда еще удивилась, дура наивная, спросила его:“ Зачем же так официально, на бумаге?”. А он ей ответил, мол, так положено.

— Не иначе, он эту тощую пигалицу в няньки для своей Таньки нанять решил! Вот же кобель, а! Конечно, эта моль бледная лет на восемь меня моложе. Тощая, правда, как полвесла, но главное-то, что моложе! Нет, ну кобелина же! Кто бы подумал! Когда же вы спеться-то успели, голубки? — озадачилась Любаня и двинулась дальше к своему дому. — Черт! Теперь же и у тётки Зины не спросить! Вот надо ж было старой сплетнице там околачиваться, а?

О том, что бледная моль в данный момент внимательно читает этот самый договор на трудоустройство, Любка не знала, но, ткнув пальцев в небо, угадала, что за бумагу держал в руках мужчина.

Павел же, проводив Любку нечитаемым взглядом, подошел к Асе и протянул ей лист бумаги, пояснив:

— Это Договор о найме на работу. Ася, Вы прочтите внимательно. Если всё устраивает и Ваши данные записаны мною правильно, подпишем. И, начиная с завтрашнего дня, Вы официально няня моей дочери.

Ася протянула руку к документу и только хотела спросить, откуда у мужчины её данные, как в доме что-то упало и разбилось, раздался истошный кошачий вопль и следом детский плач.

— Танюшка! — выдохнули Ася с Павлом одновременно и рванули в дом.

Девушка была проворнее, а потому первая взлетела на крыльцо дома и распахнула дверь. Стоило ей только это сделать, как ей под ноги вылетел большой рыжий комок шерсти и врезался в неё.

Раздалось грозное:

— Мя-а-а-о-о!

Рыжий комок распушился ещё больше и тут же умчался дальше.

— Ну погоди, Обормот! Вот я тебя поймаю! — неслось грозное из дома.

По вине кота Ася притормозила на крыльце, где её и догнал Павел. В дом они входили вместе. А войдя, замерли на пороге, оценивая масштаб бедствия.

Танюшка, уткнувшись в ноги бабы Маши и обхватив их ручонками, ревела, женщина прижимала одной рукой девчушку к себе, а второй, зажав в кулаке кухонное полотенце, грозилась вслед сбежавшему коту.

На полу валялся разбитый глиняный горшок, высыпавшаяся из него земля была раскидана по всему полу кухни, рядом с горшком лежала сломанная герань. Общую картину дополнял висящий на одном крепеже карниз с болтающейся на нем рваной шторкой, вторая шторка, упав на пол, была вся в земле из горшка.