Книга Стёртая грань, страница 56 – Слава Доронина

— Аиша Роудс упомянула о том, что вы тоже недавно потеряли родного брата? — в меня будто умышленно кидались камнями.

Еще немного и один из булыжников прилетит прямо в цель, сбив меня с ног.

— Да, — я надела на лицо невозмутимую маску. — Но как видите, не упала духом, устроилась на работу, продолжила жить. Никто не говорит, что это просто, но вы правы, время учит жить с этой болью. На многие вещи спустя время смотришь немного иначе.

— А что делать с тоской? Или, например, внезапно вспыхнувшими чувствами к человеку, который внешне похож на погибшего? — мне почему-то показалось, что со мной игрались, закидывали наживку.

— Это была ваша жена? — сделала я предположение, продолжая сохранять невозмутимый вид. Точнее его остатки.

— Неважно, — меня окатили ледяным тоном и таким же взглядом, отчего я заерзала на стуле и, выпрямив спину, продолжила разговор:

— Почему бы и не попробовать. Может быть, клин вышибет клином? Кем бы ни приходился вам человек, которого рядом с вами больше нет, ваша-то жизнь продолжается.

— И как вы сами давно к ней вернулись? — проницательные карие, почти черные глаза прожигали насквозь. — Тоже применяли подобную практику?

— Не совсем, — но очень близко. — Много пила, плакала, а потом надоело, — и я почти не врала, умолчав лишь о «клине», то есть Рике.

— Правда? — в глазах мужчины загорелся интерес.

— Внутри у вас пустота и боль, и кажется, что нет ничего, что бы вытолкнуло вас на поверхность… Но это не так. Зачастую мы сами не отпускаем прошлое, держимся за него как за спасательный круг, боясь тот отпустить и уйти ко дну. А что если попробовать? Ведь плавать же вы умеете?

Мужчина кивнул, а я продолжила:

— Начинать всегда трудно, но и дети учатся ходить с нуля. Ошибаются падают… Кстати о детях… Пока вы или я занимаетесь самоуничтожением, ищете где допустили ошибки в прошлом — сходите к больному ребенку в центр. У меня есть два маленьких пациента. Вам кажется, что вам больно от потери близкого человека? Вы просто не видели эти глаза… маленькие детские глаза наполненные таким желанием жить, что ком подкатывает к горлу. Когда сморишь в это чистое маленькое и светлое лицо, думаешь о том сколько же ты не увидишь малыш… Сердце рвется на части и все свои беды и потери приобретают несколько иной характер.

— И когда вы к этому пришли? — по интонации голоса можно было предположить, что мои слова никак не тронули человека в кресле, но по глазам, которые загорелись в лихорадочном безумстве, я поняла что зацепила за живое. Точнее подцепила острым коготком и потянула на себя.

— Внезапно. Но так происходит с большинством. Те кто обладает хоть какой-то силой и упорством, так или иначе выползает на свет. Вы точно не из того числа кого можно было бы отнести к слабакам, — сделала я заключение.

— Очень тонко, — мужчина поджал губы. — Но это все лирика.

Возникла долгая пауза. Я исчерпала все лимиты своих энергоресурсов и мечтала, чтобы сеанс закончился. Даже не знаю, кто на кого больше повлиял в ходе разговора, но меня немного потряхивало.

Мужчина внезапно и все так же молча поднялся, сухо улыбнулся, взял пальто и вышел из кабинета. Даже не попрощавшись. Но я лишь облегченно выдохнула и начла собираться домой.