Книга Маленькая скандальная история, страница 39 – Алайна Салах

— Нет… — теперь он кажется растерянным. — Ты у мамы сегодня, правильно я понимаю?

— Да. Она давно меня к себе звала.

— Нужно было сказать. Я бы тебя отвез.

Я чувствую укол вины. Пока я ищу способ ему отомстить

Антон искренне предлагает помощь. Забота всегда меня обезоруживает.

— Да все в порядке. Здесь недалеко, — бормочу я.

— Долго там будешь? Я могу тебя забрать.

— Думаю, уже поздно будет. — И не удержавшись, добавляю: — Тебя жена дома ждет.

— Зачем ты так?

— А что я такого сказала? — усмехаюсь я, снова включая холодную стерву. — У тебя ведь действительно есть жена.

— Ладно, я понял, ты сегодня не в духе. — За спокойной выдержанностью его тона я считываю легкое раздражение. — Созвонимся позже.

Я вешаю трубку первой. Просто чтобы не оставлять последнее слово за ним.

Воздух маминой квартиры пахнет мятой и поджаренным тофу. Скинув сумку на пол, я вручаю ей высококалорийный десерт с кучей сливок и сахара в качестве компенсации и заключаю в объятия.

— Замечательно выглядишь, дочь, — мама внимательно оглядывает мое лицо. — К косметологу, что ли, сходила?

— Маска из сметаны на ночь, — шучу я. — Какие в мои годы косметологи?

— Тебе уже тридцать, как-никак, — напоминает она. — Чай наливаю?

— Не тридцать, а двадцать девять, — зачем-то возражаю я, идя за ней на кухню. — Чай буду. А дядя Максим где?

— Поехал в строительный магазин, — небрежно отмахивается мама. — Опять все выходные в саду будет копошится.

Сев за стол, я расслабленно вытягиваю ноги. В гостях у мамы я всегда становлюсь дико лениво, позволяя ухаживать за собой, как за маленьким ребенком. Наверное, это ощущение время от времени необходимо любому взрослому, — отдохнуть от необходимости решать свои взрослые проблемы.

— Посмотри, не пережарила? — спрашивает мама, опуская передо мной тарелку загорелых блинчиков.

— Вкусно, — сообщаю я, надкусывая один. — Лучше, чем в любом веганском кафе.

Телефон в заднем кармане брюк пикает и мне приходится потянуться за салфеткой, чтобы протереть пальцы.

На экране меня ждет входящее сообщение от Антона.

Ксюш, я наверное не слишком внимательно себя вел с тобой в последнее время. Извини, просто много рабочих проблем навалилось. Просто помни, что ты мне очень дорога, и я тебя люблю.

Закусив губу, я перечитываю эти строчки снова и снова. Как тут не заулыбаться? Так много — знать, что тебя кто-то любит. С этим знанием невозможно чувствовать себя потерянной и одинокой, как было со мной после разрыва с Арсеном. У каждого в этом мире должен быть человек, для которого ты — самое главное.

Все в порядке, — печатаю я, окончательно сменив гнев на милость. — Я буду уезжать примерно часа через два. Если есть время — заезжай.

— С кем переписываешься? — любопытничает мама, когда я, так и не распрощавшись с улыбкой, кладу телефон на стол.

— С одним парнем, — скромно отвечаю я.

— М-м-м! А поподробнее?

У мамы ощутимо поднимается настроение. Мой разрыв с Арсеном она переживала как свой. Это в глазах современного общества тридцатник перестал быть приговором. Для моей мамы, тридцать лет — верное клеймо старой девы.

— Он очень хороший, но у наших отношений нет будущего, — честно говорю я, чтобы сразу пресечь фантазии мамы по поводу внуков и свадьбы.

— Почему?

— Потому что он женат. — С этими словами я воинственно вскидываю подбородок, на случай, если маме вдруг придет в голову упрекать меня в аморальности.