Книга Маленькая скандальная история, страница 37 – Алайна Салах

Что я чувствую? Да ничего особо. Ревности точно не испытываю. А вот желание поскорее уйти — да. Хочется защититься от того, чтобы их семейная жизнь вдруг стала слишком реальной, заставив чувствовать себя соучастницей морального преступления.

— Ладно, пока, — долетает до меня ее голос. Абсолютно нормальный голос, без каких-либо неприятных нот. — Я за городом сегодня заночую.

Я не слышу, что отвечает Антон, но не могу недоумевать: если завтра она улетает на две недели, не правильнее ли провести время с мужем?

Может быть, в этой семье не один обманщик — как знать.

— А как часто вы занимаетесь сексом?

— Редко. Просто для галочки.

Наши посткоитальные разговоры все чаще касаются отношения Антона с его женой. Я задаю эти вопросы из любопытства, и чтобы еще раз убедится в том, что совсем в него не влюблена. Ревности я действительно не испытываю. Своим трепетным отношением и безоговорочным признанием того, что я — самая яркая женщина в его жизни, Антон просто не позволяет мне до нее спускаться. Спрашивая о его интимной жизни с женой, я чувствую себя особенно раскрепощенной и смелой. Правда, меня все чаще заботит один неприглядный факт, о котором я раньше почему-то не думала. То, что его член бывает сразу в двух женщинах. От этой мысли мне все чаще становится… брезгливо. Презервативом-то мы с Антоном перестали пользоваться после того, как он принес справку, удостоверяющую, что его микрофлора чиста как у девственника.

— Ясно… — Отчего-то у меня портится настроение и хочется отвернуться. При этом ревности как не было, так и нет.

— Эй, — Антон целует меня в плечо и притягивает к себе плотнее. — В чем дело?

— Думаю о гигиенической стороне вопроса, — буркаю я. — Так — то твой член бывает и во мне и в жене.

— Мы занимаемся этим в презервативе, — произносит он через паузу.

— Правда? — От удивления я даже приподнимаюсь. — Почему?

— Жена настояла в качестве предохранения.

— Боится забеременеть?

— Да. Мы решили остановиться на одном ребенке.

Я даю себе время обдумать эту информацию. Антону тридцать шесть, его жене примерно столько же. При желании они могли бы нарожать еще батальон ребятишек. Ну или как минимум еще одного.

— Странно. Вы оба молоды, обеспечены. Почему нет?

— Дети — это большая ответственность. Наверное, мы ее больше не хотим.

Пожевав губу и еще раз обдумав, то, что собираюсь озвучить, я решаюсь.

— Слушай, а ты никогда не думал, что у твоей супруги тоже кто-то есть? Просто это странно. Вы почти не занимаетесь сексом, при том, что сексуальные возможности у тебя ого-го, а если и делаете это — то в презервативе по настоянию жены. Может быть, она таким образом тоже блюдет кому-то верность?

Повернув голову, я слежу за реакцией Антона. Сложно сказать, насторожили его мои слова или нет. Выражение лица, по крайней мере, не меняется.

— Возможно. Я о таком не думал.

— На чем вообще держится ваш брак?

— Вероника меня любит. А я ее уважаю. И у нас ребенок.

Дальше этот разговор я решаю не продолжать. Я и так с каждым днем все глубже залезаю туда, куда залезать не планировала.

— Кушать будешь? — спрашиваю я, выбираясь из кровати.

Антон по обыкновению кивает. Ах да, забыла сказать: я же теперь готовлю практически каждый день. Ради себя одной стоять у плиты мне было лень, а для него — легко и с удовольствием.