Книга Волчонок, страница 7 – Алайна Салах

— Дворец ничего себе так. — присвистывает сестра, разглядывая мое временное пристанище через ворота. — Это дом Итана?

— Его семьи. Правда, здесь никто не живет. Его отец давно умер, а матери, кажется, больше по душе обитать на Манхэттене. Есть еще брат.

— У Итана есть брат? — незаинтересованно переспрашивает сестра, грациозно приземляясь на водительское кресло. — Ты мне ничего о нем не говорила.

Обойдя машину, занимаю пассажирское кресло и пристегиваю ремень безопасности. Дженни никогда не была аккуратным водителем, и вряд что-то изменилось за время, что мы не виделись.

— Так что за сюрприз с билетами ты мне приготовила?

— Не хотела говорить до последнего момента, чтобы не повергать в шок твоего законопослушного избранника.

Сестра и Итан встречались пару раз на семейных ужинах, организованных мамой, и сразу поладили, однако, это не мешало ей время от времени подтрунивать над его правильностью и педантичностью.

— Ииии….? — вопросительно поднимаю брови.

— Бои без правил. — подмигивает сестра, и прежде чем я могу начать возмущаться, вдавливает педаль газа в пол, от чего флагман японского автомобильного концерна с визгом срывается с места.

— Худшим вариантом в моей голове были билеты на концерт Канье Уэста, — ворчу, когда она выруливаем на большую дорогу. — Когда ты, черт подери, успела увлечься боями без правил?

— Я там, где море тестостерона, детка. — беззаботно парирует сестра, опуская солнцезащитный козырек со встроенным зеркалом. Убедившись, что макияж в порядке, захлопывает его и переводит взгляд на меня. — А что плохого в боях без правил, Рика? Чем они отличаются от боксерских поединков, которыми так бредит отец?

— Ничем. Поэтому я их и не смотрю. Понятия не имею, кто вообще получает удовольствие, глядя на то, как два человека наносят друг другу увечья.

— Люди по натуре жестокие существа, толстушка. Звериные инстинкты у нас в крови. Бои гладиаторов, рыцарские турниры… историю не переписать. Мордобои всегда будут в почете у публики, и чем публика богаче, тем она кровожаднее.

— А для чего ты ходишь туда, Джен?

— Тусовка и азарт. — пожимает плечами. — И красивые парни, конечно. У меня есть свои любимчики.

Я не предпринимаю попытки смыть с лица скепсис и негатив, поэтому сестра использует запрещенный прием: посылает мне одну из своих улыбок, которыми в детстве успешно выторговывала у отца прощение за свои многочисленные шкодничества.

— Обещаю, если тебе не понравится, мы сразу же уйдем.

Со вздохом киваю, потому что не хочу портить вечер, и слышу, как сестра бормочет себе под нос:

— Но ты бы обязательно осталась, если бы знала, во что мне обошлись эти билеты.

Кажется, судьба этого вечера решена.

Мы оставляем машину на обнесенной забором парковке и, стуча каблуками, направляемся в сторону здания, возле входа в который кишит толпа.

— Что я говорила? — самодовольно хмыкает сестра, — Хищники, жаждущие крови.

Одергиваю подол вечернего платье, откровенно жалея, что не оделась скромнее. Не знаю, каков дресс-код на подобных мероприятиях, но сейчас мне искренне хочется, чтобы вместо тугого огрызка ткани, норовящего продемонстрировать окружающим мое нижнее белье, на мне были свободные брюки.

Когда мы подходим ближе, Дженни обхватывает мое запястье и тащит в противоположную от забитого входа сторону. Я не сопротивляюсь, потому что по опыту знаю, что ждать очереди с простыми смертными сестра не привыкла. Подходим к неприметной двери с глазком, и Джен уверенно барабанит по ней костяшками.