Книга Не мой парень, страница 23 – Алайна Салах

— Нет, она симпатичная…

— Проехали, Ким. Просто со следующим своим парнем, не списывай малышку со счетов. Тем более, что сейчас не существует препятствия в виде возрастного ценза.

Выражение лица Кимберли достойно того, что быть увековеченным в каком-нибудь стебном меме. Наверное, так выглядела мачеха Белоснежки, когда зеркало впервые открыло ей досадную правду о том, что не она на свете всех милее.

Решив дать ей время переварить свалившуюся информацию о кровной конкуренции, иду в гостиную. Плюхаюсь на диван и закуриваю еще одну сигарету. Сегодня я купил уже вторую пачку.

Спустя минуту раздумий, Ким грациозно соскальзывает со стула и, нарисовав на лице безукоризненную улыбку, направляется ко мне.

— Держись подальше, Кими. — ухмыляюсь, выпуская неровное кольцо дыма. — Никотин вряд ли положительно скажется на состоянии твоей кожи.

— Выпью кислородный коктейль, — решительно парирует та и, подойдя вплотную, задирает узкую юбку до талии и уверенно седлает мои колени.

Откидываюсь на спинку дивана и выдуваю сизое облако в ее надушенные волосы:

— Чего ты хочешь, Ким?

— Хочу пошалить, — низко мурлычет, ерзая раскрытой промежностью на моем паху.

У нас с Кимберли всегда был хороший секс: добротный и качественный трах без ограничения в фантазиях. Единственными ее условиями были не слишком портить прическу и не оставлять синяки и засосы на теле. Последнего я, кстати, никогда не понимал: она же все равно фотошопит каждый свой снимок.

Ким пробирается мне под футболку и зажимает мягкими пальцами соски. За время, что мы были вместе, она изучила мои чувствительные зоны — волна крови быстро приливает к паху, заставляя член твердеть. Кимберли чувствует это и, похотливо облизав губы, издает глубокий эротичный звук.

В рамках нашего делового союза мы трахались раза три, поэтому нет причин не сделать этого в четвертый раз, тем более что у меня стоит. Но, вместо этого, приклеиваю сигарету в уголок рта и, придерживая Ким за плечи обеими руками, встаю с дивана.

— Уже поздно, Кимберли. — сообщаю, вдавливая окурок в стоящую на подоконнике пепельницу. — Тебе пора.

Если ее и задел мой незавуалированный отказ, то она не подает вида. Поправляет юбку и гордо шагает на кухню, стягивая с барной стойки свой брендовый клатч.

— Дай мне знать, если передумаешь по поводу вечера, Финн. — говорит, поправляя волосы перед зеркалом. — Мне нужно время, чтобы подготовить Тони.

Киваю и взмахиваю рукой ей на прощанье. Я уже решил, что буду на этом вечере, но пока не считаю нужным сообщать ей об этом. Тони должна быть там.

Финн

Достать приглашение на парфюмерное мероприятие оказалось проще, чем я думал — оказывается, оно уже давно лежит на столе у моего секретаря. Не знаю что это: отголоски скандального золотого прошлого или заслуга четырехлетнего трудоголизма, но меня приглашают почти на все громкие светские события Лос-Анджелеса. Я не обольщаюсь на этот счет. Для организаторов мое присутствие не более, чем еще один статусный атрибут праздника, вроде логотипа элитного алкоголя, мелькающего на заднем плане в фотоотчетах.

От Кимберли я знаю, что Тони будет там. Я рад этому и не рад одновременно — та Тони, что я знал, избегала толпы и глянца. Каждый раз, когда Ким организовывала очередную пати у бассейна с диджеем, подружками в бикини и пенным шампанским, она оставалась в своей комнате. Мне всегда было интересно, что она делает за закрытыми дверями: смотрит в ноутбук, читает книгу или, может быть, рисует.