Книга Папина дочка, страница 56 – Алайна Салах

— Пап, ты что приехал?! — прорывается сквозь мой ментальный шторм радостный голос Марка. — Ты же вроде только послезавтра должен был вылетать?

Так секунды, отделяющие меня от неминуемого столкновения, оказываются уничтожены. Александр с теплотой смотрит на Маркa, а затем его взгляд соскальзывает влево и падает на меня.

Воздух вокруг становится густым и вязким, словно желе. Я открываю рот в попытке его проглотить, но безрезультатно.

На лице Александра ложится тень узнавания, брови вздрагивают. Радость от встречи с сыном, ещё мгновение назад очевидная всем, сменяется смятением. Яркие губы размыкаются, будто желая выпустить какой-то звук, но тут же вновь сжимаются в плотную линию.

Натянуто улыбнувшись, Александр идёт к нам. В левой руке он держит бумажный пакет, пальцы правой сжимает в кулак.

— Закончил дела пораньше и решил, что будет неплохо лично тебя поздравить. — Поставив пакет на стол, Александр протягивает Марку руку, после чего они тепло обнимаются.

— Очень круто, пап, — широко улыбается Марк, похлопывая его по плечу. — Это лучший сюрприз ever.

Вибрируя от напряжения, я смотрю, как их объятия размыкаются и как взгляд Александра медленно перетекает ко мне. Не потому, что ему так этого хочется, а скорее из необходимости: рядом его сын и ещё дюжина человек. Проигнорировать меня будет странным.

— Каролина, — моё имя, произнесённое им, звучит одновременно знакомо и не очень. Тогда, на курорте, в его тоне с первого дня чудилась некая интимность, которой сейчас не ощущается. Отчётливо слышна лишь учтивость и не более того. — Рад тебя видеть.

Игнорируя мучительный спазм в грудной клетке, я заставляю себя отважно встретить его взгляд и даже улыбнуться уголками губ — мой предельный максимум в эту секунду.

— Добрый вечер, Александр.

По какой-то причине он продолжает смотреть на меня, хотя время, отведённое на вежливость, уже истекло. Не в силах первой разорвать зрительный контакт, я до боли поджимаю пальцы в туфлях и мысленно умоляю: пожалуйста, прекрати.

Слишком большая разница в возрасте, о которой он сказал в ту ночь, по какой-то причине совершенно не сказывается на его внешности — выглядит Александр по-прежнему прекрасно. За полтора года в волосах не появилось и намёка на седину, а кожа такая же гладкая и ровная.

Чего он ждёт? Думает, я тактично добавлю, что тоже рада его видеть? Это будет вопиющая ложь, потому что меньше всего на свете я желала этой встречи.

— Посмотришь подарок? — взгляд Александра оставляет моё лицо одновременно с заданным вопросом.

Марк берёт со стола пакет, с любопытством его открывает.

Сердцебиение вязко хлюпает под рёбрами. Ты молодец, Каролина, ты выдержала. Дальше будет уже легче.

— Монблан Геосфер 1858?! — восторженный голос Марка с трудом прорывается сквозь плотный гул, стоящий в ушах. — Ты просто топ, пап!

В любой другой момент я бы присоединилась к восторгам хотя бы мысленно: любое изделие этого бренда — самое настоящее произведение искусства. Но сейчас я слишком оглушена эмоциями и слишком занята необходимостью держать лицо, чтобы что-то имитировать.

На секунду глаза предательски возвращаются к Александру. Он тепло улыбается, наблюдая за реакцией Марка, отчего новый огненный спазм окольцовывает грудь.

Всё было бы куда проще, сумей я его возненавидеть за причинённую боль и убеди себя в том, что этот человек просто не способен любить. Но сейчас в его глазах столько тепла и заботы, что уловка не сработает. Любить Александр способен — просто не меня.