Книга Папина дочка, страница 162 – Алайна Салах

Усмехнувшись, он отталкивается от стены и идет ко мне. От его черно-белого образа у меня захватывает дух. Ну до чего же ему идет смокинг! Оттеняет цвет волос и делает синие глаза еще ярче.

— Шикарно выглядишь, Лина. — Бережно меня приобняв, Леон встает рядом. Я кладу голову ему на плечо, позволяя Артему сфотографировать нас в непринужденно-семейной позе.

— Волнуешься? — его голос вибрирует у меня под щекой.

— Совсем нет. — Я с улыбкой смотрю в щелкающий затвор. — Очень ждала этого дня и наслаждаюсь каждой минутой.

Артем опускает камеру, давая сигнал, что мы можем разъединиться.

— Рад, что ты счастлива. — Взгляд брата скользит по моему лицу, словно желая удостовериться в правдивости этого утверждения.

Я смотрю расслабленно: скрывать мне нечего. Нашим отношениям с Александром уже год и семь месяцев, и ощущаются они как медовый месяц.

Вовсе он не законченный трудоголик, как говорил, и всегда находит время на романтику. То цветы пришлет ни с того ни с сего, то посреди рабочего дня пригласит пообедать, то на выходные предложит слетать куда-то. Со мной он будто бы по-настоящему расслабился и позволяет себе больше наслаждаться жизнью.

— Ладно, вернусь к Лие, — брат шутливо касается моего подбородка. — Она развлекает Максима, чтобы он не сцепился ни с кем из гостей. Просто хотел немного побыть с тобой перед тем, как ты официально сменишь фамилию.

— Каролина Руднева, — с удовольствием повторяю я то, что проговаривала про себя уже десятки раз. — Хорошо звучит, да?

— Достойно, — соглашается Леон и смотрит поверх моего плеча. — Все, очередь Ирины подошла. Я пойду.

Обернувшись, я вижу маму. Очень стильная в платье винного цвета и по-голливудски зачесанными назад волосами, она прикладывает платок к глазам.

— Такая красивая, Лина. — ее голос вибрирует от сдерживаемых слез. — Мы с папой так мечтали, что когда-нибудь этот день настанет и вот…

— Спасибо, мам, — раскрыв объятия, я иду к ней навстречу. — Только не плачь, пожалуйста, а то тушь потечет.

— Уже потекла. — Она осторожно сжимает мои плечи, зная, что нельзя помять платье. — Будь очень счастлива, моя девочка. В прошлом у нас были разногласия, но я рада, что ты пошла своим путем. Значение возраста, наверное, и впрямь преувеличено. Я вижу, что ты с Сашей очень счастлива. Пусть все так и остается.

— Спасибо тебе, мам. За то, что нашла в себе силы довериться и за то, что сейчас радуешься за меня.

— Ну а как иначе, Лина! — Эмоционально взмахнув рукой, мама снова трогает уголки глаз бумажной салфеткой. — У родителей главная радость — это счастье детей. Еще бы Максима женить на какой-нибудь достойной девушке… Он на свадьбу с синяком под глазом пришел, представляешь? Папа страшно разозлился.

— Все у Максима будет хорошо, — успокаиваю я. — Ты же знаешь, что он умный. Просто ему надо время перебеситься.

— Будем рассчитывать, что так.

Мама начинает обмахивать лицо рукой и растерянно застывает, заметив направленный на нас объектив Артема.

— Вы что, все это время фотографировали? — Приосанившись, она начинает торопливо поправлять безукоризненно уложенные волосы. — Ой, я же морщилась и плакала… Снимки, наверное, ужасные получились… Давайте лучше переделаем.

Быстро пролистнув кадры, Артем мотает головой и складывает пальцы буквой «О», давая понять, что все получилось отлично.